Дракон довольно заворочался, потянувшись к истинной. Сердце забилось быстрее и чаще, и искры вспыхнули в душе, просто потому что она рядом.

— Что чувствуешь? — хрипло прошептал я, когда поцелуй прекратился.

— Хорошо… И тепло, — грустно улыбнулась она.

— Да, и мне. Понимаешь, можно встретить несколько истинных, как мне, так и тебе. Наши жизни могут сложиться как угодно. И я так же буду тянуться на инстинктах к другой женщине, если внутренняя сущность решит, что мы подходим друг другу. Но буду ли я испытывать к ней то же, что чувствую, находясь с тобой? Станет ли она такой же особенной, необычной для меня? Я не знаю ответы на эти вопросы и.. не хочу знать.

Малика рассмеялась, судорожно и натужно. Слёзы соскользнули с длинных ресниц и упали на заалевшие щёки.

— Прости, я, кажется, перенервничала.

Я провёл ладонями по нежной коже, стирая солёные дорожки и приблизился, чтобы запечатлеть короткий поцелуй на её лбу.

— Поешь и ложись спать. Я усилил защиту особняка. Здесь безопасно.

— Спасибо, — улыбнулась она.

Убедившись, в том, что она больше не плачет, я нехотя выпустил её из объятий и направился к выходу.

— Рейнард! — догнал меня её оклик, и я сразу обернулся. — Ты для меня тоже особенный, — выдохнула она, и это признание болезненно-сладко кольнуло грудь.

Глаза её возбуждённо блестели, а губы подрагивали в улыбке. Окончательно смутившись, Малика отвернулась и сбежала в соседнюю комнату.

/Малика/

Вбежав в комнату, я прижала ладони к пылающим щекам. Сердце бешено стучало о солнечное сплетение и искристая радость разливалась в душе. Великий Механик, я правда это сказала? В нашей ситуации лучше молчать, ни усугублять, ни строить лишних надежд, но как же это сложно. Кто бы мог подумать, что не самое приятное знакомство будет иметь такие последствия в будущем? Большей частью, конечно, благодаря настойчивости самого Рейнарда. И если сначала меня это злило и расстраивало, то сейчас я рада, что он пришёл в тот день на полигон. Это позволило узнать его. Понять, что первое впечатление обманчиво. Он защищал меня, помогал, и даже, когда правда раскрылась, не стал делать поспешных выводов. Быть может это влияние истинности, но ведь расположение к кому-то не меняет полностью характер. И я хотела узнать его, все грани его личности, но есть ли у нас шанс?

Рейнард принадлежит сильнейшему роду драконов, он прямо сказал, чего ждал от жизни и к чему всегда стремился. Любовь никогда не входила в список его приоритетов. В принципе, как и в мой. Люблю ли я его? Сложно сказать. Я никогда не испытывала этого чувства. И, наверное, прошло слишком мало времени, чтобы влечение и симпатия переросли во что-то большее. Но, если отбросить мешающие обстоятельства, я бы хотела отдаться во власть чувств.