Бросив на золотистую гостью презрительный взгляд, зверёк шагнул вперёд, явно не считая её сколько-нибудь для себя опасной.

– Кыш! – бросила Солнышко. – Поищи себе другое логово.

– Ничего, это еда, – слегка оживился Камнерой. Пасть его со скрежетом приоткрылась, лисица подскочила и сунула туда белку, ещё раз надменно покосившись на незнакомку. Дракон принялся медленно жевать."

"– Ого! – Солнышко не верила своим глазам. Выходит, лисы разумны, не только воришки? А может, и все животные умнее, чем кажется? Этак скоро и есть некого станет, всех будет жалко! – Как тебе удалось её так натаскать?

Камнерой не торопясь дожевал, с усилием проглотил дичь и ответил:

– Я не натаскивал, я её зачаровал.

Солнышко озадаченно нахмурилась.

– Как это? Все знают, что магия дракомантов действует только на неживые предметы!

– На животных тоже, если деваться некуда. Надо только очень постараться.

– Жуть какая… – Она зябко повела крыльями.

– Еда не против.

Солнышко не сразу поняла.

– Ты что, назвал лисицу Едой?

– Почему бы и нет? – ответил он с едва заметным пожатием плеч.

– Странное имя… а для неё ещё и страшное, понимай она его.

– Об этом я как-то не подумал. И потом, знакомиться ей было не с кем, так какая разница. Так или иначе, зачаровал я её только на добывание пищи, раз в несколько дней, а в остальное время пусть делает что хочет – лисица как лисица…

Будто отвечая на его слова, Еда шумно отряхнулась, обрызгав Солнышко с головы до лап, и трусцой выбежала из пещеры.

– Надо же мне было что-то есть, – продолжал Камнерой, – не умирать же с голоду.

Солнышко неопределённо хмыкнула. Идея зачаровывать живых существ ей решительно не нравилась. А вдруг магия сработает и против кого-нибудь покрупнее лисицы? О таком даже думать не хотелось.

– Не могу поверить, что у меня есть дочь, – проговорил Камнерой, и печаль в его голосе наполнила её сердце теплом. – Когда-то я мечтал… пытался представить, какими могли бы быть наши с Тёрн драконята, – но потом решил, что теперь слишком поздно.

– Ну, уж меня-то ты точно не смог бы представить, – грустно усмехнулась Солнышко. – Ни шипа с ядом на хвосте, как у песчаных, ни особых способностей ночных. Я всегда думала, что выгляжу странно из-за пророчества, а теперь…

Чёрный дракон вдруг дёрнулся, будто пытался встать на лапы. Голова его повернулась чуть дальше, из пасти пахнуло съеденной белкой.

– Из-за какого пророчества?

– О драконятах, которые спасут мир и остановят войну. Разве ты не слышал про него? Пророчество знают все.

– Ах, да.

– Так вот, я одна из этих драконят. Те самые песчаные крылья «в месте укромном вдали от дворцовых смут». Долго рассказывать.

– Но… – Камнерой вдруг замолчал.