Твой муж меня мало интересовал. Это не он отнял тебя, не он нанес мне удар, от которого я так и не смог оправиться. Виновен был твой отец. Ну и ты, конечно. И поэтому мне так болезненно, до покалывания в кончиках пальцев, хотелось узнать, сполна ли ты расплатилась за то, что когда-то меня распяла.

Нет, мне не доставило бы удовольствия знание, что ты страдаешь. Но я был готов на все, чтобы его получить. Что ж, предприняв набор определенных действий, позволяющих это узнать, я убедился, что все действительно так. Ты страдаешь. С большим удивлением я понял, что мне хочется тебя спасти, помочь, сделать все, чтобы ты не страдала.

Это было так глупо и нелогично, что, осознав это, я на какое-то время перестал дышать. Оказывается, все это время я по-прежнему тебя любил. Надо же как бывает. Пятнадцать лет, проведенные рядом с тобой, оказалось не перечеркнуть следующими пятнадцатью годами, которые я потратил, чтобы научиться жить без тебя. Я прикинул, что к чему, и, по моим расчетам, выходило, что если все сложится, то впереди у нас еще два раза по пятнадцать как минимум. Игра стоила свеч.

Таким образом, я поставил на кон все и опять проиграл. Ты отказалась от меня во второй раз. Ты снова выбрала его, хотя он того не заслуживал. И в этот раз мне никак не обвинить в случившемся твоего отца, ибо его уже давно нет в живых. Во всем виновата только ты. Ты одна. Я дам тебе еще один шанс, но, если ты его не используешь, видит бог, ты за это заплатишь.

Глава пятая

Патриция проснулась от того, что за окном завывал ветер. У-у-у-у-у, – гудело как в печной трубе, и на мгновение ей почему-то представилось, как там, за засыпанными снегом елками, бродят вышедшие из леса волки. Патриция отогнала глупый детский страх, вылезла из-под теплого одеяла и подошла к окну."

"Никаких волков, разумеется, она не увидела. Впрочем, в густом снежном мареве, которое выглядело как аккуратно натянутая между небом и землей ровная белая простыня, не было видно вообще ничего. Ставшие за два дня привычными глазу тропинки, дорожки, елки и указатели теперь тонули в вихре взбесившихся снежинок. Ну да, сегодня обещали метель. Получите и распишитесь.

Пожалуй, такой густой метели с завываниями ветра Патриция не наблюдала с детства. Да уж, не хотела бы она сейчас очутиться на склоне. Пальцев вытянутой руки не увидишь, не то что крутизны спуска или другого такого же лыжника. Хозяева не преувеличивали, говоря, что сегодня катаний не будет. И предупреждение МЧС тоже не было напрасным.

На ее телефоне, выставленном на московское время, было три часа ночи, значит здесь семь утра. Что ж, организм начал перестраиваться на местное время. Завтрак еще, наверное, не готов, но можно спуститься вниз к кофемашине, а потом вернуться в постель с чашкой кофе и немного поработать.