Палки вырвало из рук, одна лыжа наехала на другую, Патриция теперь уже совсем не держалась на ногах, лыжи совершили кульбит в воздухе, одна из них воткнулась в снег, вторая оказалась прижатой собственным телом, носу стало холодно и как-то мокро, глаза забились снегом, вокруг все вертелось, а потом остановилось. Патриция вдруг осознала, что лежит на снегу с подвернутой правой ногой, а левая задрана куда-то вверх, пристегнутая к воткнутой в снег лыже.

– Триш, ты как, ты цела?

Рядом, лихо затормозив и подняв при этом фонтан снега, остановился Павел, ловко отстегнул лыжи, сначала свои, потом ее. Плюхнулся на колени в снег, начал профессиональными движениями ощупывать ее ноги и руки.

– Не вставай, слышишь, сначала надо убедиться, что ты ничего не сломала.

Несмотря на явно неподходящие обстоятельства, Патриция все-таки отметила, что он тоже перешел на «ты», но возражать не стала. Подбежала Кайди, ноги которой, одетые в ботинки Патриции, увязали в пушистом снегу, плюхнулась рядом.

– Ничего не сломано?

– Как можно было отправить ее вниз? – набросился на рыжеволосую эстонку Павел. – Она же не умеет ничего, а если бы она шею свернула?

– На этой трассе невозможно свернуть шею, – сообщила Кайди, лицо у нее, впрочем, было виноватое. – Пат, ты как? Очень испугалась?

– Да нет, нормально, – проблеяла Патриция, которой привычно становилось ужасно стыдно за вызванный ею переполох, – я не ушиблась, правда.

– Подожди, сейчас я попрошу Сергея тебя посмотреть, он же врач. Я сейчас его найду и приведу сюда.

Лицо Павла было белым-белым, непроницаемым, словно он сдерживал в себе что-то огромное и очень страшное.

– Не надо никого приводить, – произнес он очень ровно, словно сдерживался, чтобы не заорать. – Я уже посмотрел. Руки-ноги целы, переломов нет. Триш, давай попробуем встать, только держись за меня.

Патриции показалось, что она взмыла в воздух. Сильные мужские руки подняли ее с земли словно пушинку. Приняв вертикальное положение, она опасливо повертела головой, которая, к счастью, не болела и не кружилась. Похоже, она и вправду отделалась легким испугом. И что ее на трассу понесло, идиотку.

– Все хорошо, спасибо, – вежливо сказала она и отцепилась от руки Павла. – Кайди, действительно не нужно тревожить Сергея, у меня все хорошо. Я ничего не сломала и не ушибла. Если можно, верни мне мои ботинки, пожалуйста. Надеюсь, я не испортила твои лыжи?

– Нет, с лыжами все в порядке. Тебе точно не нужна помощь?

– Абсолютно. Ты иди кататься. У тебя не так много времени, которое ты можешь провести на горе, я и так непростительно тебя отвлекла. Сама не понимаю, чем я думала.

– Вот именно, – сердито сказал Павел. – Я же спросил у тебя, будешь ли ты кататься, и ты заверила меня, что нет. Иначе я бы ни за что тебя не оставил.