Мы приехали, — Рогожин произносит каждое слово с таким необычным для него теплом, что сердце сжимается!

Так… Так он говорил только со мной… Когда — то…

И смотрит на нее так…

С щемящей нежностью и капелькой сожаления.

Так он иногда, правда, редко, смотрел и на меня. Когда ему предстояло уехать по каким-то важным делам в командировку.

Задыхаюсь. Снова вижу прежнего Фила.

Таким он был только со мной!

Для остальных была маска. Непроницаемая. Успешный бизнесмен. Жесткий руководитель. Умелый переговорщик.

Но для меня…

Для меня эта маска открывалась! И за ней я видела именно того, кого до сих пор не могу забыть!

Боже!

А вдруг он понял, что она его дочь? Вдруг узнал? Это же только слепой не заметит!

— Не хочуууу…

Тянет моя малышка, прижимаясь к Рогожину еще сильнее.

— Зачем ты уходишь? Ирррра Олеговна сейчас всем теплое молоко даст. Я и для тебя попрррошу! Ты оставайся. Если надо, я тебя тоже сплячу. У меня под кловатью места хватит на вас двоих!

— Мне пора, малыш, — Рогожин с сожалением качает головой, опуская еще сонную малышку на пол.

Придерживает ее, чтобы удержалась на ногах. Подхватывает этого огромного кота, которого Марточка чуть не роняет.

— А куда? Кто тебя ждет?

Ох же, дети! У них всегда так много вопросов!

Но на самом деле и я тоже очень бы хотела это знать. Так сильно, что вылетает сердце.

Кто еще ждет Рогожина? Так же, как моя малышка, даже не зная, кто он ей на самом деле? И где?

— Вы очень поздно, Филипп Станиславович, — Ира Олеговна деловито подходит к этой парочке."

"— Простите, Ирина Олеговна. Увлеклись. Я даже не подозревал, что в детской комнате в вашем городе может быть так интересно! Время пронеслось незаметно!

— И сладости, — радостно сдает моя малышка Рогожина со всеми потрохами.

— Марточка!

Ира Олеговна берет малышку за руку. Наклоняется, строго сводя брови.

— Какие сладости? Я ведь говорила. Не больше одних взбитых сливок!

Теперь она переводит строгий взгляд на Рогожина. Явно понимает, что он не внял ее напутствию.

А я улыбаюсь.

Потому что наша любимая наставница смотрит на него так же, как на каждого нашкодившего сорванца в этом доме!

— Только одни, — разводит руками Рогожин.

По-мальчишески улыбается.

Вот же. Врун!

Можно подумать, я свою хитрюгу не знаю! Даже Маришка украдкой ей всегда покупает еще и шоколадный бисквит. И безе. А уж Рогожин точно не смог удержаться! Марточка кого хочешь умеет убедить! Особенно когда так очаровательно и невинно хлопает глазками, что можно подумать, будто она сто лет не ела! А против ее улыбки вообще устоять невозможно!

— Марта! Но ты то! Ты — то должна была сказать, что уже поздно и пора возвращаться!

Ира Олеговна строго отчитывает мою девочку. Которая…

Ну, как всегда.