Я услышала объявление, – показывает пальцем вверх, – спасибо.

На этом моменте люди попрощались бы и разошлись каждый по своим делам.

Но один вопрос так и зудит у меня на языке. И заставляет оставаться на месте и также пристально разглядывать Ксению. Единственное, что заставляет меня молчать – ребенок. То, о чем зайдет разговор, не для его ушей. Я не хочу стать той, кто сломает неокрепшую детскую психику.

Реутова почему-то тоже не торопится уходить. Как будто и у нее накопились вопросы ко мне…

Демьян, сам того не понимая, выступает сдерживающим барьером между нами. Но, несмотря на это, воздух вокруг нас сгущается, становится тяжелым и вязким. А тревога в груди нарастает с космической скоростью.

– Мама, смотри, какой большой аквариум! – мальчик уже не плачет и крутит головой с любопытством во все стороны. – И рыбы! Смотри, вон та похожа на Немо! Можно я пойду посмотрю? Пожалуйста, пожалуйста…Я больше не потеряюсь, обещаю!

Демьян молитвенно складывает ладони и заглядывает в лицо матери щенячьими глазами, мило вытянув губки.

Ох, будущий разбиватель девичьих сердечек…

– Дем, нам уже пора домой…

– Как домой?! – возмущается малыш. – А подарок папе?! Нужно купить обязательно! Я подарю ему его, и папочка будет меня вспоминать, скучать и будет приезжать почаще…

Ксения запрокидывает голову к потолку и тяжело и как-то обреченно вздыхает.

– Сынок…

– Ну, маааам…

Но мальчишка как будто не слышит ее. Упрямый до ужаса. А еще непоседа и шкода. И снова до щемящей боли в груди напоминает мне Рому…

– Ладно, иди, – выдыхает Ксения. – Только от аквариума ни ногой. И чтобы я тебя видела!

– Конечно, мамочка!

Мы обе прослеживаем взглядом за Демьяном. Синхронно поворачиваем головы друг к другу…

Все вокруг нас замирает. Ставится на паузу.

Схлестываемся взглядами. Снова изучаем друг друга, как бойцы в противоположных углах ринга.

– Откуда вы знаете Рому? – выпаливаю то, что мучает меня столько времени.

Ксения нервно дергает уголком рта. Качает головой и вздергивает брови. Но первая реакция выдает Реутову с головой – она собирается мне соврать.

– Кого? – надевает маску на лицо, нагло ухмыляясь и скрещивая руки на груди. Злит меня дико. Так, что хочется орать и хорошенько встряхнуть дамочку.

– Романа Львовича Доронина, – терпеливо поясняю. – Моего мужа.

Ксения наигранно усмехается и пожимает плечами, перетаптываясь с ноги на ногу.

– Я не знаю вашего мужа, вы ошиблись и с кем-то перепутали меня.

– Вы врете, – усмехаюсь уже я. Откуда во мне столько смелости и наглости?! – Если вы не знаете, почему так испугались тогда в кабинете?

– Простите, как вас…

– Вероника Сергеевна.

– Так вот, Вероника Сергеевна, – делает шаг вперед, и теперь ее глаза опасно сужаются и буквально швыряют в меня снаряды из злости.