А для этого нужно найти родственников полковника Марлицкого. Конечно, у них с Ермолаевым была давняя вражда, но, может, он все-таки знает, где они живут?

– Дмитрий Владимирович, у меня еще есть только один вопрос. Не знаете ли вы, по-прежнему ли живут в Сестрорецке родственники Валентина Михайловича Марлицкого? Мне очень нужно поговорить с ними.

Ермолаев смотрел на нее с изумлением, природу которого Лика не понимала. Зато стоящая рядом женщина вдруг звонко рассмеялась.

– Вы вполне можете поговорить, – сказала она весело. – Дело в том, что я – дочь Марлицкого, Анна Валентиновна.

Лика оторопело смотрела на нее. Нет, ну надо же как повезло!

– Анна Валентиновна, я – внучка друга вашего отца Андрея Сергеевича Ковалева. Мне очень нужно понять, что случилось здесь двадцать лет назад. Я не знаю, рассказывал ли Валентин Михайлович вам хоть что-то про произошедшее здесь убийство, но, может, от него остались какие-то бумаги?

– Я вас отлично помню, – заверила ее женщина. – Правда, когда вы в последний раз приходили в гости к моим родителям, то были еще совсем девочкой. А все вопросы, которые у вас есть, вы можете напрямую задать моему отцу.

Он, к счастью, жив, здоров и при полной ясности ума.

– Правда? – обрадовалась Лика. – Я на такое чудо даже рассчитывать не могла. Ему сколько? Восемьдесят четыре?

– Восемьдесят пять. Но уверяю вас, что он обладает отличной памятью и каждый день разгадывает по два кроссворда. Приходите, он будет рад вас видеть. Держите адрес.

Анна Валентиновна достала из сумки маленький блокнотик, вырвала оттуда страничку, написала адрес и протянула листок Лике. Та взяла, чувствуя необычайное волнение.

Отчего-то она была уверена, что после встречи с полковником Марлицким получит ответы на все волнующие ее вопросы. Сейчас они с Антоном поедут к нему и…

– Правда, я попрошу вас прийти завтра, – охладила ее пыл Анна. – Папа рано ложится спать, зато просыпается в четыре утра. Только у меня будет к вам одна просьба. Пожалуйста, не говорите моему отцу, что встретились со мной у Дмитрия Владимировича. Просто не упоминайте, что я здесь была, хорошо?

– Хорошо, – осторожно сказала Лика, не очень понимая, что именно скрывается за этой странной просьбой.

Хотя Марлицкий и Ермолаев – давние враги. Интересно все-таки, почему?

Ладно, выяснится рано или поздно и это тоже. Они с Антоном попрощались с Анной и двинулись к выходу. Хозяин пошел их провожать. Он шагал впереди, и в прихожей Лика чуть замешкалась, потому что у нее развязался шнурок. Она присела, встала на одно колено, чтобы завязать его, и в этот момент взгляд ее упал на обувную полку, неприметно притаившуюся в углу. На ней стояло несколько пар обуви, как спортивной, так и деловой.