Они еще с мамой спали и по инерции отправились на поиски. Облепляют со всех сторон, но я только рада — соскучилась. Да и легче так, в обнимку с близкими."

"Дважды встаю по будильнику подбить тесто — и каждый раз плачу. Дома тихо-тихо, темно. Редкие минуты одиночества кормят уснувших за день демонов. И одного самого главного — тоску. Я безумно, просто до какой-то невыносимой боли скучаю по Артёму.

Мну тесто руками, с удовольствием, как мама учила. Толкушкой нельзя, тогда не передастся частичка души, а я же для своих готовлю. Для самых любимых. Стараюсь.

Замешиваю и плачу.

Господи!

Не верится, что мы с Истоминым больше не увидимся. Как будто не осознаю этот простой и логичный факт. Отнекиваюсь от него, отказываюсь. Артём... он ведь был моим. Столько дней! Моим мужчиной. Первой любовью. Главным разочарованием. Рыдаю. Если бы не встреча с Марией, которая мне очень понравилась, я бы предала себя и согласилась. Ей-богу! Просто чтобы видеть его хотя бы иногда, спать только с ним. Заботиться о нем... Пытаться. Чтобы продлить агонию расставания.

Но нет. Выстояла, справилась. Не буду я тайной любовницей Истомина, это совершенно исключено.

Моя цель — стать независимой, достойной, сильной. Как Мария, которой нечего стыдиться. Не стану я той, из-за кого она плачет. Ни за что на свете!

Артём отвалил Адель двести тысяч и вряд ли когда-то об этом забудет. У нас нет иного будущего, кроме расписанного им.

И все же тоска берет верх снова и снова. Если бы я не удалила номер — позвонила бы сто процентов. Позвонила и призналась, что люблю. Согласилась бы на любые условия. Ночью болит особенно сильно. Ночь пережить — самое сложное.

Утром вскакиваю первой, хочу к завтраку напечь булочек, но, оказывается, Дима уже проснулся.

Пьет кофе на улице, курит. Я подхожу, присаживаюсь рядом на крыльце со своей чашкой.

— С чем кофе пьешь? — спрашиваю, заглядывая через плечо и собираясь утащить печенье, как делала раньше всегда.

— С тишиной.

— Ладно.

Молчим некоторое время, смотрим на дворик. Я подмечаю, где нужно доделать или прибрать. Жить в своем доме с такой большой семьей — это значит постоянно работать, с утра до ночи. Главного работника нет. Где его носит?

— К маме днем съезжу, — вновь начинаю говорить.

— Соберу еды и еще что-нибудь.

— Ага.

— Я... немного денег привезла. Может, пригодятся, пока папа... — И, считывая мимику брата, добавляю: — Не отказывайся. Ты герой, Дим. Двадцать три года, и всё на тебе.

— Не хочу быть героем, хочу быть обычным, — помрачнев, качает он головой. Выдает жестче: — Откуда у тебя столько денег, Алин?

— Накопила. Я же подрабатываю официанткой.

— На телефон за сто двадцать косарей тоже накопила? — Дима поворачивается и смотрит в упор.