К тому же в тёмное время суток он выходит на охоту, а днём, когда в пустыне стоит адская жара, отдыхает. Ночью ведь прохладно и запахи становятся острее, да и жертвы спят, к ним легче подползти незаметно и ужалить. Меня, как вы понимаете, англичане «хоронили» ночью. А в это время скорпион не стал бы искать укрытия в склепе.

— Что ж, послезавтра можете отправляться в Россию. В Александрию прибывает «Королева Ольга». Слава Богу, эта командировка для вас закончилась успешно. Благодарю за службу…

— А не разрешите ли, господа, осмотреть труп? — осведомился Ардашев.

— Да Бога ради, — запросто ответил Поляничко. — Только зачем? Или вы не верите в то, что укус скорпиона может быть смертельным?

— Так вы позволите? — настоял Ардашев.

— Прошу.

Клим Пантелеевич прошёл в спальную комнату.

Труп был раздет и лежал на кровати. Его исподнее покоилось рядом, на стуле. Трудно было поверить, что ещё несколько часов назад это мёртвое тело было живым человеком со своими страстями, заботами и мечтами. А теперь называлось просто — останки. Жизнь скоротечна, но ещё призрачнее граница перехода из одного мира в другой.

— А, Клим Пантелеевич! Пришли полюбопытствовать? Говорят, вы тоже были на этом празднике? — поинтересовался толстый, невысокий, с бегающими свиноподобными глазками и широким носом-картошкой человек. Звали его Анатолий Францевич Наливайко, судебный врач.

Присяжный поверенный кивнул и спросил:

— Место укуса не покажете?

— Да вот оно. Скорпион забрался спящему на шею, тот, видимо, решил его стряхнуть и получил укус. След характерный. И покраснение имеется. Я всё отразил в протоколе. Хотите прочесть?

— Пожалуй, я для начала осмотрю труп.

Адвокат обошёл тело и остановился у ног. Присев, он стал рассматривать подошвы умершего, а потом вдруг повернулся к доктору и спросил:

— Не одолжите мне лупу?

— Да, пожалуйста.

— Не кажется ли вам доктор, что на правой пятке след от укола шприцем? — Ардашев протянул ему лупу."

"Наливайко подошёл, взял протянутую адвокатом лупу и принялся изучать место, на которое указал Клим Пантелеевич. После некоторого раздумья он сказал:

— Похоже.

— Согласитесь, что укол сделан непрофессионально. Даже кровь запеклась.

В спальню вошли Поляничко и Каширин.

— Что вы этим хотите сказать? — проговорил с недоумением судебный врач.

— Дело в том, господа, что купец первой гильдии Василий Фёдорович Иванов скончался не от укуса скорпиона, пусть даже самого ядовитого, именуемого генурисом, или палестинским скорпионом, а от укола в пятку. След его хорошо виден.

— То есть как? — спросил Каширин.

— Именно так, господа, и никак иначе, — подтвердил Клим Пантелеевич.

— Вы согласны с доводами адвоката? — Поляничко уставился на доктора.