Она разворачивается и закрывает за собой дверь, в то время как меня охватывают паника и страх.

– Где мой рюкзак? – шепчу я.

Нана берет его со стола и передает мне, глядя с ужасом. Она прекрасно знает, что будет дальше. Я беру рюкзак и засовываю руку внутрь, роясь в его содержимом, пока мои пальцы не натыкаются на гладкое лезвие метательного ножа Сергея. Я вытаскиваю его.

– Ты не сможешь убить Диего этим.

– Я знаю, – говорю в ответ, встаю с кровати и направляюсь в ванную.

Положив нож на стойку рядом с раковиной, я снимаю джинсы и трусики, затем начинаю закатывать левый рукав.

– Что ты делаешь? – спрашивает Нана Гваделупе в дверях.

– Я слышала, как Диего говорил, что не хочет трахать шлюх, когда у них месячные, – говорю я и тянусь за ножом. – Он сказал, что считает это отвратительным.

Я прикладываю кончик лезвия к своему левому предплечью. Стиснув зубы, я слегка надавливаю им, пока оно не прокалывает кожу. Я слышу, как Нана ахает, когда из маленького пореза начинает сочиться кровь. Потянувшись за трусиками на столешнице, я прижимаю бежевую ткань к ране, стараясь размазать кровь так, чтобы выглядело как можно более правдоподобно. Когда на трусиках оказывается достаточно крови, я надеваю их снова и, взяв с полки полотенце, с силой прижимаю его к разрезу.

– Найди мне что-нибудь, чем можно перевязать руку, – говорю я и начинаю открывать шкафы в надежде найти аптечку первой помощи. Порез не такой уж большой, кровотечение должно прекратиться довольно быстро, но будет безопаснее, если я наложу что-нибудь на кожу. Аптечки нет, но мне все еще немного везет, потому что я нахожу упаковку лейкопластырей.

Нана Гваделупе вбегает обратно в ванную. Она держит в руках наволочку и отрывает от нее широкую ленту. Закончив, Нана накладывает два пластыря на порез и обматывает хлопковой лентой мою руку.

– Наложи поверх еще одну, – говорю я. Рукава у моей рубашки широкие, так что импровизированную повязку не должно быть под ней видно. Я не могу допустить, чтобы кровь просочилась сквозь нее. Диего может это заметить.

После того как она оборачивает мне руку еще одним куском ткани, я спускаю рукав, надеваю джинсы и направляюсь к двери.

– Думаешь, это его остановит? – спрашивает Нана, стоя в дверях ванной.

– Это в конечном итоге не помешает ему изнасиловать меня, – говорю я, – но надеюсь, что так я выиграю себе хотя бы несколько дней передышки.

* * *Этот ублюдок занял спальню моего отца.

Я долго смотрю на большую белую дверь в конце коридора, прежде чем сделать глубокий вдох и повернуть ручку, чтобы войти внутрь.

Диего растянулся на кровати, полностью обнаженный, держа свой маленький член в мясистой руке и поглаживая его. Когда он видит меня, то жестом подзывает к себе. Я направляюсь к кровати, сглатывая желчь.