Слушаю шаги коллег и жду, когда закроются двери лифта в коридоре офиса. Жду ещё десять минут, прикидывая сколько времени Орлову понадобится на то, чтобы сесть в свою машину и отчалить в душный московский вечер.

Я не знаю, как он проводит свои вечера. Судя по его физической форме, три дня в неделю он должен не вылезать из спортзала. А на что он тратит остальные… я знать не хочу.

Выйдя из офиса, прихрамовая иду на стоянку, ища по указателям место T-T11.

На Марке серый деловой костюм и кипельно белая рубашка. Черные волосы небрежно зачёсаны назад, на лице лёгкий загар.

Выглядит потрясающе.

Он делает то же самое. Изучает меня с головы до ног нечитаемым взглядом, задержав его на голубой блузке, которую сам подарил для посещения официальных мероприятий.

- Отлично выглядишь, - говорит спокойно, положив одну руку на руль, а вторую на приборную панель.

- И ты, - улыбаюсь одними губами, глядя на него.

Повисшее между нами напряжение витает в охлаждённом воздухе салона, как и запах его парфюма. Я не припомню, чтобы от Орлова когда-нибудь пахло вот так. Немного вычурно и очень дорого. Орлов терпеть не может вычурность. Это прослеживается во всём, даже в том, что он обедает вместе со всеми в обычной кафешке напротив. Или в… шаурмичной. Он помнит откуда родом, и не пытается это маскировать. Потому что ему плевать на то, что думают о нём другие. И потому что тот путь, который он выбрал в жизни, ему это позволяет.

Тряхнув головой, поправляю чёлку. На самом деле, я просто хочу поставить на место свои мозги.

Марк молчит, как и я. И у меня ощущение, будто мы не виделись целую вечность, хотя прошло всего несколько дней. И все эти дни мы так или иначе ссорились.

Я не хочу ссориться. Опустив глаза, смотрю на свои руки.

Вздохнув, протягивает мне свою, говоря:

- Иди сюда.

С облегчением тянусь к нему и закрываю глаза, пытаясь прогнать из головы все лишнее. Губы Марка прижимаются к моим, ладонь обнимает лицо.

Он всегда целует меня так.

Выверенно и правильно. Совсем не так, как скотина Орлов. Орлов целует меня так, будто у него голод и жажда одновременно! Злясь на себя, обнимаю шею Марка руками и настойчиво раскрываю его твёрдые губы языком. Хочу, чтобы он поцеловал меня глубоко и “по-настоящему”, а не так, будто мы тридцать лет в браке.

Он позволяет. Пускает в свой рот, немного удивлённый этим напором. Замерев на секунду, шумно вдыхает через нос и сам впивается в мои губы, подавшись вперёд.

Это приятно. До боли зажмуриваю глаза. Не думая ни о чём, глажу его грудь. и его шею. Он начинает дышать чаще. Его рука ложится на моё бедро и сжимает. Обнимает мою коленку и гладит. По голой коже бегут мурашки. Мне знакомы его прикосновения. Это расслабляет.

Оторвавшись от моего рта, смотрит с прищуром.