Я и сама знаю, что это больше нормы, но они постоянно требуют...

–  Они у тебя голодные, – выдает Ромул.

– Как голодные? Это в два раза больше нормы.

– Смотри, – он касается щечки возле губ, малыш тянется за пальцем открытым ртом. – В бутылке смесь остается или они высасывают до дна?

– До дна.

– Что и требовалось доказать. Таблица на банке не показатель. Им нужно больше. Давай посмотрим, подходит ли им смесь. Разверни памперс, – я полезла было за чистым в коробку, а он меня остановил: – Зачем мне новый? Использованный разверни.

– Использованный? Ты мне предлагаешь достать его из мусорной корзины и развернуть?

– Да, Жанна. Именно этого я жду, поэтому поспеши.  Желательно, чтобы памперсов было два, – указывает взглядом на близнецов.

– Я не думала, что их нужно помечать, извиняйте, доктор, – вот уверена, что он это специально затеял. Издевается!

Достаю из корзины, соплю, как пылесос.

– Вот! Свежий утренний кал. Любуйтесь, доктор.

– Им питание не подходит. Ты видишь: стул неоднородный, зеленоватый?

– Не вижу, – мне почему-то неловко находиться с ним в тесном пространстве. – Я не разбираюсь в детских какашках. Меня этому не учили.  Это все равно что гадать на кофейной гуще? –  хлопая глазками, интересуюсь я. На самом деле мщу за то, что он улыбался, пока я лазила в корзине. – Я так понимаю, – смотрю внимательно на использованный памперс, – вот это бугорок Венеры. Он сообщает нам о том, что ребенок был зачат в любви…

Как же он меня бесит. Весь такой… профессионал. Разбирающийся во всем!  Даже в детских какашках!

– Можешь убирать, погадали уже.

Терпения, Жанка. Только терпения!

– Сменим питание, если будешь их вдоволь кормить, они будут спокойно спать, у тебя останется время на себя. Пришлю ночную медсестру, она будет помогать вам ночью. На день тоже кого-нибудь подберу, но эти вопросы мы решим с твоим отцом.

– Я здесь, – заглянул в комнату родитель.

– Вот и хорошо. Я напишу список, съездите и все купите.

– Вы напишите, Жанна позже съездит, когда малыши уснут.

– Вы привезете прямо сейчас, а я покажу вашей дочери, как правильно купать и обрабатывать малышей, – так строго произнес, что отец не посмел ему возразить.

– Набирай в ванну воду, будем их купать, – как только за отцом закрылась дверь, произносит Ромулов. Мы в квартире вдвоем, и этот факт меня тревожит. Он ведь бабник!

Я стою и наблюдаю, как он расстегивает белоснежный халат.

– Ты что делаешь?

– Не хочу намочить вещи. Мне на работу возвращаться, – аккуратно вешает халат на дверь. Ромул остается в белой футболке в облипочку и тесных джинсах.

Ну-ну…

Лишь бы свой торс продемонстрировать. Другие ведутся, я не поведусь. Он достает из кроватки плачущего Алекса и начинает его раздевать.