Я пожала плечами и развела руки в стороны, потому что ответа на этот вопрос не знаю. Может, я завтра на все плюну и соглашусь жить с ним вместе...

Мы с бабушкой приготовили ужин, Ромул собрал в огороде последние опавшие листья, почистил сетку от сухих сорняков. Бабушка не скрывала, что очень рада за нас. За ужином мы засиделись. Утром мы с Азаматом можем поспать подольше, а вот бабушке рано вставать.

Ради приличия я, конечно же, постелила нам в разных спальнях. Интересно, кто из нас первым не выдержит и побежит в соседнюю комнату?  Полезла в сумку за телефоном, я совсем о нем забыла. Там больше десяти пропущенных от отца. Сразу же в голову полезли плохие мысли, спешно перезвонила.

– Папа, что случилось?

– Ты где, Жанна? – голос злой.

– У Азамата, – я ведь его предупреждала,  с чего вдруг допрос?

– У Азамата тебя нет. К бабке своей поехала? Врешь мне! Продолжаешь с ней общаться! – начал кричать он в трубку.

– Может, не будешь на меня орать?

– Буду, предательница! Если бы не штраф из ГИБДД, ты бы продолжала меня обманывать!..

********    ********

Ромул

– Почему слезы на глазах? – вошел без стука в спальню Жанны.

Я слышал, что она на эмоциях громко говорит с отцом. Что там опять произошло? Не хочется портить отношения, но он напрашивается на мужской разговор.

– Он узнал, что я езжу в поселок. Забирает машину, деньги на карманные расходы. Говорит, пусть тебя бабушка обеспечивает.

– Внученька, я же просила ко мне не ездить, – у дверей стояла старушка и тоже плакала, качала печально головой. Жанна сбросила вызов, когда в дверях показалась Анастасия Федоровна. Тяжело было  наблюдать, как она переживает.  – Разве смогу я на свою пенсию тебя выучить?

– Ваши слезы меня огорчают. Прекращайте, – подошел к Жанне и прижал к себе. – Я у вас есть, нет причин переживать, – Анастасия Федоровна подошла и обняла нас. Вроде мои девочки стали успокаиваться…

Отец Жанны перезвонил, я взял трубку из рук Жанны и вышел во двор.

– Доброй ночи, Аркадий Романович, – холодно поздоровался.

– Азамат? Я бы хотел поговорить с Жанной.

Меня бесил его высокомерный тон. Он собирался продолжать ее доводить?  Вспомнил в этот момент своего отца, когда тот обижал Мадину.  Стало плевать на то, что могу испортить с будущим тестем отношения. Колючку не позволю обижать.

– Она расстроена. Ей нужно время, чтобы успокоиться. Если вы в течение двух часов не собираетесь ложиться спать, я предлагаю встретиться и поговорить, – это не было просьбой.

– Мне кажется, наш разговор может подождать до утра, – все еще с недовольством в голосе.

– Не подождет, если вы не хотите окончательно потерять дочь.

Мое последнее предложение, сказанное жестким тоном, немного его остудило. Аркадий Романович пообещал меня дождаться. Вернулся в дом, женщины напряженно ждали, что я скажу.