Но кто знает, что его ждет в будущем? Порой счастье подкарауливает в самых неожиданных местах.

Детский смех вырвал из воспоминаний и заставил вернуться в реальность.

В небе над дворцовым парком носились два дракончика. На спине темно-синего радостно гомонил мальчуган, а на светло-голубом сидела девочка и тоже радостно смеялась. Сверху за всей драконьей и человеческой малышней присматривал огромный черный дракон. Анхельсем парил неспешно и величественно, как символ мира и процветания Ландоры.

Но он не единственный, кто присматривал за детьми. На поляне, опираясь на тросточку и держа в руке головные уборы стояла леди Грейс. Время посеребрило ее виски, но характер остался прежним.

— Лорд Эдвард, извольте спуститься и надеть кепку! Леди Роуз, дам это тоже касается! Запомните, от прямых солнечных лучей портится цвет лица! — выговаривала она.

— Дети, — блаженно улыбнулась королева драконов.

С тех пор, как, спустя два года после коронации, в монаршем семействе родились наследники престола, драконы бывали у нас часто. Причем, вместе с вылупившимися отпрысками. Наверное, в детстве не важно, как выглядит твой лучший друг, и драконята быстро освоились и сдружились с нашими сорванцами. Когда все четверо встречались, начинался настоящий кошмар, и только мудрый Анхельсем одним взглядом мог утихомирить всю эту ораву.

Однажды, я спросила Анхель, что было бы, если бы я применила третье заклинание к артефакту, подаренному когда-то Уилфредом. Королева улыбнулась, мечтательно вздохнула и ответила:

— Тебя бы перенесло в то место, где находятся твои мысли и твое сердце, дитя моей крови.

Что ж, нечто подобное я и предполагала. Может быть, именно поэтому инстинктивно так ни разу и не воспользовалась третьей возможностью зеркальца. Знала, что оно перенесет меня к Демиану. Зато теперь в моих руках был личный, универсальный портал к королю. А это дорогого стоило."

"— Дети, — блаженно вздохнула Милли, и погладила уже наметившийся живот.

За эти годы детей у них с Георгом так и не случилось, и вот совсем недавно в герцогском семействе Рорков произошло чудо. Сам бывший король Гаэса уверял, что на свет появится обязательно наследник Рорк-холла, но Анхель утверждала, что будет девочка. Ей я, конечно, верила больше, но и интуицию Георга не стоило сбрасывать со счетов.

В конце концов, у нас ведь родились близнецы. Демиан сам предложил назвать их в честь моих родителей. И я была ему за это признательна. Тем более, что Эдвард смотрел на мир такими же серыми глазами, какие были у его погибшего деда, десятого графа Торнборна.

— Ешли жа штол не шядем, оштынет вше! — авторитетно заявила появившаяся рядом Верея.

Ей уже никто не удивлялся, ведь она служила роду, а мы все стали одной большой, не в меру шумной, но очень дружной семьей.