— Дамы, прошу вас отойти, — попросил герцог, но мы лишь убрали руки, которые по-прежнему держали на амулете.

Несколько голубых искорок сорвались с перстня Демиана и впитались в кожу около раны. А потом супруг, взявшись за занозу, резко дернул ее на себя, отчего Закари застонал еще сильнее.

— Что вы делаете? — в ужасе воскликнула Хезер.

— Преподаю урок, — спокойно ответил герцог.

— Но ему ведь больно! — не сдавалась блондинка.

— Потерпит, — произнес Дем. — При телесных страданиях, голова просветляется, и человек лучше соображает. А ему, поверьте, есть над чем подумать.

— Прекратите! Он же ранен и не может сейчас ни о чем думать, — едва не плакала Дайси.

— Может и должен. Ведь сегодня этот упрямый идиот едва не упустил свое счастье.

С перстня снова слетела искра, и рана на плече стала затягиваться. Но, судя по наложенному на заклинание плетению, обезболить процесс излечения супруг забыл или не захотел, и ректор кривился и скрипел зубами.

— Да понял я! Понял! — наконец завопил он.

— Что ты понял, упрямый мул? — строго спросил герцог.

— Что люблю Хезер Дайси, и скоро у моей матери, наконец, появится долгожданная невестка! — выдохнул Закари. — А теперь убери эту резь, иначе я с ума сойду!

— Вот и славно, — спокойно ответил Демиан, накладывая новое заклинание. — Но на месте уважаемой мэтрессы я бы хорошенько подумал, нужен ли ей такой глупый муж.

— Катись в бездну, Рорк! — огрызнулся лорд Дин.

А Хезер… Она цвела и витала где-то так высоко, куда взлететь могут лишь драконы. Вряд ли Дайси откажет ректору, слишком уж долго о нем мечтала.

Мы тихонько вышли, чтобы на какое-то время оставить влюбленных наедине, ну и, конечно, прислать целителей.

— Упертых слепцов следует учить, — самодовольно произнес мой любимый солдафон.

— Вы — два сапога пара!

И, да, улыбки я сдержать не смогла.

— Но ты же простишь меня за это, Лис Рорк?

— Почему я должна вас прощать, ваша светлость?

— Потому что я безмерно тебя люблю.

И знаете, на это я не смогла ответить ровным счетом ничего. Разве что поцеловать своего несносного герцога.

Эпилог

— Таким образом, если заявить о вскрывшихся фактах немедленно, мы сможем продлить срок выплат репараций Ондорией еще на десять лет, что весьма благотворно скажется на экономике Гаэса, — победно закончил Георг и довольно улыбнулся.

— Замечательно. Пожалуй, на сегодня все, — кивнул Демиан и встал из-за стола.

— Как все?.. Как все? Мы еще не закончили с делами!

— Дела подождут, а вот Лис ждать не станет. Я обещал освободиться к обеду, и намерен сдержать слово.

— Дела не могут ждать… — двинулся вслед за Демианом Георг.

— Ну, раз дела не могут ждать, то сам и займись ими. Или назначь кого-нибудь толкового, — пожал плечами младший Рорк.