После чего, наконец, быстрым шагом едва ли не выбежал на лестничную клетку и только в этот момент ощутил, что смог вздохнуть свободно.

Часть 12

Сдача материала для определения отцовства не заняла много времени, и уже через полчаса, получив заверения в том, что максимум через три дня у него будет ответ на едва ли не главный вопрос нынешних дней, Ян ехал домой."

"Мама осталась ночевать и присматривать за Кириллом, и когда Серебров вернулся, обнаружил внука с бабушкой мирно спящими под тихие песенки, доносящиеся с экрана телевизора, на котором транслировались мультики.

Ян подошёл к кровати, на которой, раскинув руки, спал Кир.

Сегодня, когда смотрел на ребёнка Вики, в нём не проснулось ничего, даже какого-то обычного умиления, что зачастую рождается при виде младенцев. Особенно тех, которые, вроде как, могут претендовать на то, чтобы называться сыном. Он невольно вспомнил, какие ощущения испытал, когда впервые взял Кирилла на руки - неверие, радость, страх и тревоги, что что-то сделает не так. Всё это тогда, чуть больше пяти лет назад, вызвало в нём настоящее цунами из самых разнообразных чувств.

По отношению же к сыну Вики не было ничего.

Ровным счётом. И даже если вдруг оказалось бы, что это сын Яна, он не смог бы его полюбить. Серебров это знал досконально уже сейчас.

Выключив телевизор, он вышел из комнаты, осторожно притворив за собой дверь. Оттягивал, как мог, момент, когда устроился бы в их с Ариной спальне и посмотрел на то, что имелось на том диске, который Вика хранила столько времени. Казалось, что именно на тех записях - какой-то ящик Пандоры, и стоит только взглянуть на его содержимое, как из преисподней полезут самые страшные твари.

Стащив пиджак, из кармана которого предварительно вынул диск, Серебров закатал рукава рубашки и, налив себе порцию «анестезии», сел в кресло и вставил CD в ноутбук.

Пришлось сделать несколько жадных больших глотков, от которых едва не закашлялся, перед тем, как всё же решиться и включить запись. А когда это сделал…

- Ну же, Ма-а-а-рк, ну будь хорошим мальчиком… Мы ничего не скажем твоему брату. Мы вообще ничего никому не скажем, - донеслось до Яна, словно сквозь толщу воды одновременно с тем, как на экране появилась картинка.

Серебров оттолкнулся ладонями от столешницы.

Отпрянул так резко, что в шее что-то хрустнуло.

А потом его нестерпимо затошнило - смотреть на то, что вытворяли Вика с его братом, он не мог.

Марк наверняка был под чем-то. Это состояние Серебров прекрасно знал, не раз видя его со стороны. Когда молодыми были, часто отдыхали с Викой и друзьями в клубах, где он и лицезрел вот таких вот «тормозов».

Брат то нелепо улыбался, то хмурился, словно пытался на чём-то сосредоточиться. То притягивал Вику, что стаскивала с него одежду, к себе. То пытался оттолкнуть.