По документам - а это был договор с клиникой - мой муж, Ян Серебров, стал донором биоматериала для некой Виктории Плюсновой.

Я резко обернулась к Ромину. На его лице от озвученного не дрогнул ни единый мускул.

- Дальше, - мягко попросил он.

- А дальше особо рассказывать и нечего. Ян на все мои требования объяснить, что это и как вышло, что втайне от меня были сделаны такие… манипуляции, просто отмахивался. Сказал, что об этом его попросила Вика, потому что у них с её партнёром… не получалось.

- Вот как? - вскинул брови Ромин.

- Именно. Года три, что ли.

Я намеренно произнесла эти слова спокойным, даже равнодушным тоном.

Сама же цепко следила за реакцией Марка. А её не было - этой самой реакции. Передо мной стоял безэмоциональный человек. Ну, или тот, кто хотел казаться таковым.

- В общем, это всё, что я знаю. Мой муж сдал… ммм… материал, которым воспользовалась Вика. Она беременна, скоро родится ребёнок. Ян заверяет, что никакого отношения к малышу иметь не будет. Что они с бывшей не видятся. И что вся эта история выеденного яйца не стоит.

Впервые за то время, что прошло с нашей с Марком встречи, я увидела эмоции на его лице.

Он кривовато и холодно улыбнулся, после чего подошёл ко мне и встал рядом.

- Если это всё, вы же не будете против, если я расскажу вам то, что знаю? - спросил Ромин после небольшой паузы.

Он тоже смотрел на проплывающие перед нами облака и казалось, что застывшую фигуру Марка ничто не способно потревожить.

- Я буду только за, - тихо ответила ему.

Это было так странно - понимать, что сейчас мы вместе. Двое совершенно не знакомых друг другу людей. Настолько вместе, насколько я себя не чувствовала за эти дни ни с кем ни разу.

- Мы действительно долгое время пытались зачать ребёнка. Даже дольше, чем три года. Сначала это происходило естественным путём, затем - обратились в клинику для процедуры ЭКО. Каждая из них была таким испытанием для обоих, что этого не передать словами.

Марк крепче впился пальцами в парапет - я видела это, потому что теперь смотрела не на небо, а на мужчину рядом, скосив на него глаза.

- Вика нервничала, у нас не получалось. А она словно помешалась на ребёнке. После того, как в третий раз нас ждала неудача, у Вики случилась истерика.

Тогда она кричала, что готова на всё - даже пойти и… попытаться заиметь малыша от кого угодно.

Меня передёрнуло от услышанного. Мой муж был этим самым «кем угодно»? Или Вика действовала по какому-то плану?

- Я был в курсе того, что ваш муж сдал семя для Вики, - признался Марк. - И даже в некотором роде успокоился, когда это случилось. Если бы не одно «но». Вику с тех пор как подменили. Она стала холодной, отстранённой. Всячески давала понять, что отныне я - совершенно чужеродный элемент в её жизни.