И множество воспоминаний.

Клеймо Аситаро, которое послужило первым уроком и испытанием.

Пробуждение проклятой и небесной крови.

Смерть и внезапное воскрешение.

Сатис, который сперва чуть не убил ее, а потом до последнего, вопреки приказам, сражался за свою хозяйку не на жизнь, а на смерть.

Проклятокровные увальни, Потрошители, которые стали единственными в жизни друзьями, которым она не задумываясь доверила бы свою жизнь.

Открытая улыбка Нима, которая множество раз спасала ее от отчаяния – и которая стала едва ли не ее худим кошмаром.

Клыки и крылья, первый глоток крови.

Крэйл.

Она опустилась на постель и какое-то время гипнотизировала взглядом тощую спортивную сумку, которую держала наготове на случай побега. И вот, когда она оказалась кстати, Марори меньше всего на свете хотелось покидать это место.

Потому что именно здесь она впервые почувствовала себя живой. Это место будто. очистило ее от прошлого, которое она забыла, но которое продолжало преследовать ее. Сколько времени пройдет прежде, чем они с Вандриком снова схлестнутся? Год? Полгода? Месяц? Один день или, может быть, он уже стоит по ту сторону Хаоса и готовится сделать новую рану в Материи, чтобы забрать то, что считает своим по праву?

В дверь и правда постучали.

Марори вскинулась, перевела дух и разрешила войти.

В комнату проскользнул Эашу.

– Уже собралась? Ничего не забыла? Зарядила телефон в дорогу? – Он была непривычно серьезен и в кои-то веки отказался от своих ужимок. Инкуб прошелся пятерней по волосам, едва не сбросив на пол сидящие на макушке очки. Потом долго разглядывал вторую, до сих пор перебинтованную ладонь. – Никогда не умел собираться. Вечно в последнюю минуту наталкиваю в чемодан всякую бесполезную хрень и срываюсь с места.

– Почему я не удивлена? – попыталась пошутить она, но слова лишь усугубили общее гнетущее настроение.

– Пора выходить, – с той же напускной беззаботностью напомнил он и, ничего не говоря, вышел.

Марори прицепила за спину чехол с косой, подтянула петли и забросила на плечо сумку.

Последний раз осмотрела комнату – и вышла следом.

Эашу вызвался отвезти ее на вокзал. По злой иронии – тот самый, на перроне которого несколько месяцев назад началась ее собственная путанная и загадочная история. Которая, несмотря на огромное количество черных страниц, была едва ли не самым светлым событием за все ее семнадцать лет.

Она запнулась, когда увидела возле красной спортивной машины Эашу. пустоту.

– Они ждут на вокзале, – пояснил инкуб, взял у нее сумку и забросил в багажник. Потом галантно открыл дверцу, помог сесть и лично пристегнул ее ремнем безопасности.