Казалось, весь окружающий мир за разваленными стенами провалился в пустоту, и они остались одни на всем белом свете: яростный Крэйл, она – и дохлая гора мяса, которая минуту назад чуть не отправила на тот свет их самих.

Шанатар в один прыжок спустился с поверженного врага, повел плечами. Было в этом движении что-то отвратительно-хищное, нечеловеческое. Раздался мягкий хруст позвонков – и дистанция между Марори и Крэйлом стала короче еще на два шага.

Она была уверена, что ей не хвати смелости устоять на месте.

Но она устояла.

В горящем взгляде Крэйла тлела жажда убийства и новой крови. Он был словно охотник, который убил зайца, и не собирался довольствоваться таким ничтожным трофеем.

– Крэйл. – позвала она.

Шанатар остановился, склонил голову на бок, словно размышлял, стоит ли игра свеч. Его взгляд отнюдь не был безумен, но от прежнего Крэйла там осталось пугающе мало.

– Пожалуйста. вернись ко мне.

Собственный голос превратился в треск стекла под тяжелыми подошвами. Мысли путались, сновали между желанием немедленно убраться на край света и дать ему время прийти в себя, и необходимостью остаться с ним до конца. Он предупреждал, что станет монстром, и верить, что его удастся остановить по щелчку пальцев, было слишком наивно даже для нее.

А что, если он больше никогда не станет прежним Крэйлом? Что, если в прошлый раз он выкарабкался из порожденного ее кровью безумия лишь по счастливой случайности? Что, если она совершила самую большую ошибку в своей жизни, пытаясь спастись любой ценой?"

"Он подошел еще на два шага, и теперь легко мог дотянуться до нее рукой. Кровь стекала по его приоткрытым губам, и он с жадностью, по-звериному облизнулся.

– Вернись ко мне, – повторила она.

Крэйл рванулся вперед, схватил ее ладонью за горло и мягко сжал пальцы. Его лицо оказалось так близко, что Марори услышала его хриплое, пахнущее кровью и смертью дыхание даже сквозь расплывчатую завесу черного морока.

– Я знаю, что ты там, – продолжала шептать она, – я знаю, что кем бы ты ни стал, что бы не случилось – ты никогда не причинишь мне боль. Возвращайся к своей кусаке, клыкастый. Потому что мне сейчас очень страшно.

Пальцы сжались сильнее и на этот раз у Марори не осталось шанса даже вздохнуть.

Он придвинулся ближе, вплотную.

Хрипло, обреченно выдохнул.

И прижался лбом к ее плечу.

Хватка ослабла, дрожащая рука обвила ее за плечи.

– Прости меня, – голосом Крэйла Шадиса сказала кровожадная химера, и Марори обхватила его трясущимися руками. – Я чуть было не убил тебя. во второй раз.

Марори последний раз окинула взглядом комнату и свою скудную поклажу.

Она не заберет из Дра’Мора ни книг, ни тетрадей. Только фэлфаэра, который намертво привязан к ней и Энигму, которую еще только предстоит разгадать.