— Но… я думала, что Максим моментально тебя очаровал и ты забыла свои обещания его оскопить в случае, если он снова решит появиться в моей жизни.

— Не забыла, Ярик, я ничего не забыла, — вздыхает она. — У тебя по крайней мере есть воспоминания о том форуме, есть за что цепляться… Для меня же Максим Горский — подлец, который бросил мою доченьку беременной. И каждый раз глядя на него, мне приходится пробираться через эти воспоминания, слой за слоем снимать с него оболочку предательства и лжи. Поверь мне, больше всего на свете мне хочется выцарапать его голубые глазищи и пригрозить, чтобы и близко к моим девочкам не приближался!

— И что же тебя останавливает?

— То, как он смотрит на вас этими самыми голубыми глазищами… и самое главное, то, как вы расцветаете рядом с ним.

— Малинка бы рядом с любым мужиком так себя вела, — выдаю то, что гложет меня уже несколько дней. — Я вижу как она к нему тянется, но мне кажется, это потому что в ее жизни не было мужской фигуры. Поэтому…

— Но он ее отец, солнышко. И хочешь ты этого или нет, он теперь будет присутствовать в вашей жизни.

— Понимаю, — уныло пожимаю плечами.

Я слишком растеряна, чтобы привести более разумные аргументы. Но в этом и прелесть разговора с мамой. Ей не нужны мои аргументы. Тем более умные. Она всегда говорила, что я должна слушать свое сердце.

— Так хочешь? Или все-таки нет? — уточняет она с хитрой улыбкой.

— Не знаю, — тяну медленно, делая большой глоток чая, но поняв по ее взгляду, что мой ответ ее не удовлетворил, нехотя добавляю: — Скорее да, чем нет. Но я жутко боюсь, мама, понимаешь?

— Естественно, понимаю, — вздыхает она. — Но я верю, что ты примешь правильное решение. Правильное для тебя, солнышко. Только для тебя!

Глава 63

Глава 63

— Ну все, Коршун, ты попала! — Голос подруги раскатом грома проносится по офису и даже главный бухгалтер выглядывает из своего кабинета на шум.

Громко сглатываю и бочком продвигаюсь к своему рабочему месту.

— Я все расскажу, — обещаю ей, нервно поглядывая на наших коллег.

— Нет, дорогая, — возмущенно выдыхает Юля, — не так! Ты расскажешь абсолютно ВСЕ!"

"Она настолько громко и выразительно произносит соседнее слово, что я всерьез начинаю опасаться за свою жизнь. Подумаешь, игнорировала ее сообщения всю неделю и клятвенно обещала обсудить все при личной встрече… ну не до этого мне было, не до этого.

— Ярочка, а ты к нам за вещами пришла или как? — с любопытством интересуется Мария Викторовна из отдела кадров. — А то я, признаться, запуталась уже оформлять твое увольнение или не оформлять…

— Не оформлять, Мария Викторовна, — бодро рапортую под громкий выдох Юльки. — Придется вам меня и дальше терпеть.

— Вот и славненько, — улыбается она. — Меньше бумажной волокиты.