Вадим попросил её зайти к нему в кабинет.

— Катерина, знакомься…

— Семён Владимирович, здрасьте. Какими судьбами вас сюда занесло? — выдохнула Катя, глядя на мужчину в белой рубашке, застёгнутой на все пуговицы.

— Это наш новый субподрядчик, — ответил за него Вадим. — Для твоего театра. Я уже заключил договор.

— Пиздец! — не сдержалась Катя. — Ну раз договорился, сам с ним и работай, а я на кухню пойду, борщи варить. Мне там самое место! Да, Семён Владимирович? Вы ж женщин-то за людей мне считаете? Так, пыль под ногами рода мужского."

"Мужчина повернулся к ней — небольшого роста, худощавый седовласый, с холодными голубыми глазами, острым носом и подбородком посмотрел на неё, как на надоедливую муху. Она ещё помнила его голос, тихий и вкрадчивый, он будто забирался словами под кожу. Семён пренебрежительно прошёлся по ней взглядом и отвернулся, на её приветствие он не ответил.

Отношения у них не сложились ещё три года назад, когда они работали над проектом детского центра. Власов был своеобразный человек, владел компанией, зарабатывал миллионы, но на стройке часто работал сам — крановщик и экскаваторщик, за что Катя называла его «Прораб». Игорь тогда говорил про него:

— У богатых свои причуды. Он вот такой работящий чудак.

На чудака он точно не тянул, а вот на мудака женоненавистника очень даже вытягивал. Семён говорил с женщинами так, словно давал указания персоналу, который понимает на русском только по слогам и примитивным указаниями «подай-принеси». Хоть он и считал, что место женщины — кухня, на свою собственную он так никого и не поставил, в пятьдесят лет Власов был холостяком без детей. Он искренне верил, что женская логика — это повод для анекдота, а женские амбиции — смешные и нелепые отговорки к тому, чтобы только не рожать.

Обо всём об этом Катя узнала за два дня общения с ним три года назад, а потом пришла к Игорю и сказала, что проломит Семёну череп битой, если он ещё раз с ней заговорит. Игорь снял её с объекта, отдав его сотруднику мужского пола. Судя по тому, как что Вадим сделал, этой истории он не знал.

— Катя, выйди! — кивнул ей на дверь Вадим. — Я зайду к тебе, поговорим о твоем поведении.

Она успела мысленно расчленить и Семёна, и Вадима, пока мерила шагами свой кабинет, потом сделала пару асан, немного выдохнула, чтобы набрать в грудь воздуха и начать скандалить. Вадим вошёл в кабинет грозовой тучей и столкнулся с ураганом Катриной. Они ругались полчаса, в итоге перешли на личности. Вадим черту перешёл первый.