Он догадался, что Клэр что-то предпримет, проверил их, чтобы удостовериться, что они в безопасности, и отвез нас туда, прежде чем их успели забрать. Кто знает, что Клэр сделала бы с ними? Я не поверю ни на секунду, что их не тронули бы.

Черт, он спас их, как спас меня и сотни других людей.

Гребаная идиотка.

Наконец, мое управление переходит на автопилот, и я мчусь к двери. Все обязательно будет как в тех пошлых романтических фильмах, уверяю я себя. Я распахну дверь, а он будет стоять по ту сторону и ждать меня, потому что он прекрасно понимает, что я блефовала.

Но когда я открываю дверь с распахнутым сердцем и извинениями на языке, он не ждет меня. Он ушел.

Я сдуваюсь, и моя надежда улетучивается, словно гелий из уставшего воздушного шарика.

Нет, к черту. Последнее, на что мы с Зейдом будем похожи, – это романтические комедии.

Я выбегаю из спальни и мчусь по коридору к ступенькам. Ноги несут меня слишком быстро, и в спешке я едва не падаю лицом на клетчатую плитку, схватившись за поручни в самый последний момент. Я была в двух секундах от того, чтобы догнать Зейда с выбитыми передними зубами. Получилось бы неловко.

Мгновенное кармическое дерьмо, которым меня мог покарать только Бог.

Входная дверь противно стучит о косяк, и прежде, чем меня успевает прищемить куском дерева, которое весит, вероятно, гораздо больше, чем я сама, я вылетаю на крыльцо.

Я замечаю лишь намек на спину Зейда, а потом он полностью исчезает среди деревьев.

– Зейд! – кричу я, спеша за ним.

Я оказываюсь достаточно близко, чтобы увидеть, как он вскидывает подбородок к плечу и через мгновение переходит на бег.

Вскрикиваю, пораженная наглостью этого типа.

– Вот засранец!

Ты это заслужила.

– Заткнись, – ругаю я сама себя.

Бросаюсь за ним вслед и понимаю, что ему доставляет удовольствие тот факт, что мы поменялись ролями и теперь я преследую его.

Он угощает меня ложкой моего собственного лекарства, и на вкус оно как задница.

За последние несколько месяцев я стала заметно выносливее. Но с Зейдом мне все равно не сравниться. Его длинные ноги преодолевают расстояние намного быстрее, чем мои, и я все больше разочаровываюсь от того, что дистанция между нами увеличивается.

Вскоре он совсем исчезает из виду, и я останавливаюсь, задыхаясь и едва не плача.

Я кручусь на месте, но быстро прекращаю это, поскольку у меня начинает кружиться голова. Еще несколько минут я барахтаюсь в своих страданиях и пробую отдышаться. Слезы застилают мне глаза, и единственный человек, которого я могу винить в случившемся, – это я сама.

Возможно, я действительно немного разбита, но это не оправдывает моего поведения по отношению к Зейду.

Как раз в тот момент, когда я поворачиваюсь, чтобы вернуться обратно в поместье Парсонс, сзади меня трещит ветка.