— Эта девочка — моя жена! — отчеканил Орфес с таким упрямством, словно не услышал слов целителя.

— Сожалею и соболезную, — склонил голову Арбери. — Она была вашей женой, Агиар. Смиритесь, как смирился я, ибо почувствовал в ней спящую родственную магию. И могу сказать с уверенностью, что леди должна была стать целительницей.

Герцог опустился у кровати на колени и никак не мог поверить, что это невинное, прекрасное существо мертво. Такая красивая… Такая нежная… Даже принадлежность к человеческой расе не портила ее прелести и очарования.

Разумеется, разразится скандал с королевствами людей. Орфес мог с уверенностью сказать, что его жену принесли в жертву, чтобы втянуть Агиаров в бессмысленную вражду и ослабить. Только кому это было выгодно?

Он никак не мог сосредоточиться на мыслях о политике и благе страны. Ему действительно было жаль юную леди Тасию. А может, не только жаль?

— Вы уверены, что надежды нет, магистр? — все же спросил он целителя.

— Ошибки нет, лорд ректор. Девушка мертва, — ответил Арбери. — Женский магический дар несколько отличается от мужского. Мы рождаемся, обладая своей силой, а дамы… Там все сложнее, лишь когда девушка становится женщиной, вместе с ее истинным началом в ней пробуждается и магия. Не мне вам это рассказывать, лорд Агиар. Ваш брак не был консуммирован, не так ли?

— Вы правы. Но как вы можете знать о магии, которая должна была появиться у леди?

Признаться, до сегодняшнего дня герцог не слышал, чтобы кто-то мог определить дар до его появления. И все же Теву он почему-то верил.

— Как вы знаете, моя магия сильна, опыт большой, а практика обширна. О подобном феномене я читал давно, но испытать довелось впервые. В одном из старинных текстов о магических методах исцеления в тех случаях, когда тело практически не удерживает уходящую душу, описывался подобный случай. Умирала девушка, и в момент ее ухода целитель почувствовал отголосок магии, которая так и не вошла в наш мир. — Арбери вздохнул и продолжил: — Вы можете отнестись к моим словам скептически, но целительная магия особая. Мы ее ощущаем, как свою. Я чувствовал жизнь вашей юной супруги, затем краткий миг — родственный дар, а потом лишь пустоту, без тепла и света. Мы исцеляем живых и ничем не можем помочь тем, чья душа уже у создателей. Говоря иными словами, произошло маленькое чудо, которое ничем не помогло нам.

Значит, умерла… Орфес никак не мог понять, отчего ему так больно и пусто, словно он потерял близкое и родное существо. Почему девчонка, которая в сущности боялась его настолько, что решилась покончить с собой, находила такой яркий отклик в его сердце? Когда она успела стать для него настолько важной и ценной?

Магистр Арбери

Глава 4–4

Обычно он прощался с женщинами быстро, без особых угрызений совести.