Слышала, что подъехала новая машина, хлопнули дверцы, и журналисты начали выкрикивать наперебой вопросы.

- Иван Миронович, вы так быстро оправились после гибели жены, не боитесь, что общественность осудит поспешный брак?!

- Полина Эдуардовна, ваш отец одобряет этот союз?!

- Повернитесь, пожалуйста!

На дорожке некуда было спрятаться, по бокам заграждения, удерживающие журналистов, у входа охрана. Если поспешу сейчас, то привлеку к себе внимание.

От страха меня буквально приморозило к месту, я боялась обернуться и столкнуться взглядом с мужем."

"Слишком быстро! Я еще не готова встретиться с Иваном!

Что, если он сразу меня узнает?!

Глава 9

Глава 9

Я должна справиться с паникой и прямо сейчас!

Может показаться странным, что я соляным столбом застыла перед входом!

Сделала глубокий вдох, выравнивая дыхание и сердцебиение.

Успокоилась немного, но судьба словно решила надо мной поиздеваться. На смену автомобилю Ивана подъехал следующий. Вопросы журналистов и щелканье затворов фотокамер, как отрезало.

Воцарилась гробовая тишина, словно на презентацию пожаловал сам дьявол.

Обернулась осторожно, как в замедленной съемке.

Из ослепительно-белого пижонского роллс-ройса вышел Николай Сабуров, чуть склонился, чтобы помочь выбраться из салона стройной, как осинка девушке с эбеново-черной кожей и сотней мелких косичек, рассыпавшихся по покатым плечам. Ее голубое платье больше открывало, чем скрывало идеальную фигуру. Все узнали Ирис, новое лицо дома моды Ефремова.

Сабуров и чернокожая модель моментально перетянули на себя внимание журналистов. Про Ивана и Полину забыли. И тишина сменилась градом вопросов.

Я с облегчением вздохнула и поспешила к входу, воспользовавшись тем, что теперь Иван как примороженный смотрел на Сабурова.

Но преодолев первый панический страх, не выдержала, и пока администратор проверял мое приглашение, обернулась еще раз.

По телу словно ударило молнией. Сабуров смотрел прямо на меня, как тогда в тайге, вечность назад. Взгляд ледяных голубых глаз скользнул по вырезу на платье, задержался на груди. Все-таки такой вырез был намного интимнее и откровеннее обычного открытого декольте. Я словно показывала беззащитную частичку себя, на грани дозволенного, на грани полного обнажения.

И Сабуров оценил это по достоинству.

А потом наши взгляды встретились. На миг исчезли Иван, смотревший на Сабурова с откровенной неприязнью. Полина, растерянно рассматривавшая чернокожую модель. Журналисты.

По коже пробежали мурашки. На миг показалось, что он узнал меня. Вернулась паника, но взгляд Сабурова изменился. И я с трепетом поняла, что он оценивал меня, как женщину. И смотрел, как на женщину, которую хочет.

От жара, вспыхнувшего в груди, загорелись щеки.