— Рустам вообще не должен ни к детям, ни к женщинам подходить! — гневно бросает она, делая еще глоток из бокала.

У нас печальная история на троих.

Алёна его бывшая невеста. Без повода приревновав ко мне, он в своё время е""e избил, изуродовал. И вот он из этого странного псевдо-треугольника выбыл. А мы вдвоём остались. Как друзья. Как коллеги. Как неслучившиеся родственники, но родные души.

Сейчас у Аленки всё хорошо. Свадьба на носу.

А вот у меня нет невесты. И если мой ебнутый брат окажется в этой странной гонке по рождению наследника быстрее, то «Спарта» перейдёт под его руководство.

Такова воля отца.

— Ой, Бессо… Знаешь, что? А давай я тебя запишу к девочке, у которой я по иглоукалыванию училась. Она, конечно, тебе никакого «хеппи энда»… — прищуривается многозначительно Аленка, — не организует. Но она бесподобный массажист! Как она чувствует тело… — вдохновлённо. — Как пианист свой инструмент! Отремонтирует тебя, гарантирую. Тем более, она из «наших». Правда — дорого.

Да черт с ним — с «хеппи-эндом»… Этот товар как раз бросовой.

— Запиши, будь добра. Если получится — на сегодня.

Аленка погружается в переписки. Закидывая пластик жвачки в рот, ухожу в душ.

Может, небо мне хоть массаж путевый пошлет?

Глава 1 — Послала, так послала…

Жаль, что на дому Ильясова А. не принимает. Даже за премиальные. После массажа хотелось бы просто вырубиться.

Кручу в руках её визитку.

«ТОТ — телесно-ориентированная терапия». Не просто массажист? Окей. Аленка плохого не посоветует.

Её частный кабинет тоже в центре города, недалеко от меня. Как раз посередине, между моим домом и «Спартой».

Прогуляюсь…

Машину оставляю на парковке. Коньяк немного кружит голову.

Красивые кованые перила и лестница в цоколь. Лаконичная табличка на английском. Нажимаю на звонок домофона с видеокамерой. Дверь открывается.

Зеркало, гардероб…

— Бессарион? — тихий грудной голос.

Отыскиваю взглядом его источник. Девушка стоит в тени.

Залипаю на взглядом на выраженных ключицах. Между ними медальон на цепочке в виде месяца. Это красиво…

Под женственной белой маечкой — пышная грудь. И вместе с ключицами… Сглатываю слюну, вспоминая, что я голодный до умопомрачения!

— Да, — опомнившись, поднимаю взгляд ей в глаза.

Вау… Дыхание на мгновение перехватывает. Яркая, уверенная, роскошная!

Интересно, сколько тебе платят за хеппи-энды?.."

"Что-то есть в ней восточное — скулы, дерзкий взлёт бровей. Но глаза светлые… А губы такие трепетные, тёмные, испещренные глубокими морщинками… Кажется, прикусить и кровь брызнет.

Внимательный глубокий взгляд в мои глаза.

Мне становится немного неловко за свои мысли.