Опершись на руку, я поднялся с пола. Голова кружилась, а в теле поселилась неприятная слабость.

— Я к Изабель. Нужно ей все объяснить.

Ник понимающе кивнул, тоже поднялся на ноги.

— Только кровь с рук смой. А то и ей придется сердечко лечить.

Бросив недовольный взгляд на брата, я решил промолчать. Понимаю, что он спешил, но мог же предупредить. Должен был слышать ее мысли, знать, что она со мной здесь. Но это уже неважно. Правда обрушилась на нее быстрее, чем я успел рассказать все сам. Теперь предстояли объяснения.

Почти бегом я спустился в жилой коридор, а оттуда пробежал к себе в покои, чтобы смыть кровь с рук.

Даже двери за собой не закрыл, сразу прошел в купальню. Хорошо помыл руки, остановился уже в спальне, осмотреть себя в зеркале на наличие крови на одежде. Взгляд вдруг зацепился за отражение. Мои ключи от башни лежали под креслом. Вот, значит, куда они запропастились. Наверное, вчера выпали из кармана, а я сам же сдвинул кресло ближе к столу, скрывая их от взгляда.

Присел возле кресла на колени и достал связку. Нужный ключ был здесь. Только он был в чем-то буром, похожем на запекшуюся кровь. И след этой крови был мне знаком.

Когда Изабель случайно порезалась, я запечатлел этот след, чтобы иметь возможность всегда найти ее. Мысли прострелило тревогой. Ночью она пришла в спальню с порезанной ладонью. И видел ее я как раз возле кресла. Получается, она поднималась в башню. Следовательно, видела тех людей. А следом Маркус принес бессознательного полицейского. Боюсь представить, что за выводы она сделала.

— Проклятье! — рванул прочь из покоев, поняв, что почти не чувствую Изабель.

Миновав коридор, я в рывок распахнул дверь ее покоев, ворвался в комнаты.

Но обнаружил то, что уже и так чувствовал. Изабель пропала. Судя по всему сбежала. Я рванул к окнам, пытаясь разглядеть сквозь снежную пелену двор. Конечно, кареты уже не было. У Изабель было достаточно времени, чтобы скрыться, пока я возился с полицейским. Нужно скорее нагнать ее и все объяснить.

В коридоре я столкнулся с Маркусом, который направлялся в свою комнату. Наверное, ужас всей ситуации отпечатался на моем лице, потому что Маркус с беспокойством спросил:

— Что случилось?

— Изабель взяла карету и уехала. Нужно ее нагнать.

— Нагоним, — уверенно заявил он, явно пытаясь меня успокоить.

 — Дорога в плохом состоянии, она не далеко уехала.

Дальше действовали в спешке. Забрав из комнаты теплые вещи, я уже на ходу накинул их, следуя за Маркусом вниз. Быстро оседлав лошадей, мы покинули пределы замка и погнали их по заснеженной дороге. Снег валил сплошной пеленой, затмевал взор, забивался в нос и рот. Пришлось замедлиться, чтобы банально не угробить лошадей. Мы были в паре километров от города, гоня лошадей через заснеженный лес, когда заметили карету.