Огонь, что гулял на руках и воспринимался родным, странная способность Маркуса проникать в мысли. И ведь это только начало.

Прижала ладони к груди. Беспокойство никуда не делось. Я чувствовала бессилие, слабость, но не свои, чужие. Какой-то частью души я знала, что Нику плохо. Пытаясь отбросить мысли о том, что это странно, я покинула спальню, миновала гостиную и выбежала в коридор.

— Все вы целители одинаковые, — услышала я со стороны голос Маркуса. — Идиоты, не жалеющие свои жизни.

Я миновала коридор и выглянула за дверь на лестничную площадку. Маркус тащил Ника по лестнице вниз, перекинув его руку через свое плечо.

Ник хватался за потемневшие от времени перила, мотал головой, словно пытался отбросить прочь слабость.

— Изабель, — снова раздался в голове голос Маркуса, а сам он впился в меня взглядом. Но следующие слова уже произнес вслух: — Помоги, пожалуйста.

У меня было мало времени, чтобы по-настоящему узнать брата Ника. Он производил впечатление отстраненной личности, даже высокомерной. И Маркус не скрывал, что не одобряет наш с Ником брак. Но сейчас я видела в его глазах, насколько он на самом деле обеспокоен состоянием брата.

Я рванула вверх по лестнице, перекинула руку Ника через свое плечо, обхватив его талию руками. Мы медленно двинулись в сторону покоев.

— Что с ним?

— Откат. Он… — Маркус стиснул челюсть. На щеках заходили желваки. — Не рассчитал свои силы.

— Я ничего не понимаю.

— Потому что это не объяснить за пару слов. Даже за пару десятков фраз не объяснить.

— Я в тебя верю, — едко ответила, протянув ладонь к лицу Ника.

Кожа его горела, просто пылала в лихорадке. А потом на ней вдруг проступила трещина, сверкнув, словно в ее глубине протекает магма.

Испугавшись, я отдернула руку, а трещина исчезла, зато проявилась на коже шеи.

— Послушай, то, что ты отрицала — правда. Ты всю жизнь подавляла в себе магию.

— Магию? — бросила на Маркуса злой взгляд.

— Огонь подчиняется тебе. Ты это видела и чувствовала. Какие еще нужны доказательства?

— Разве это…

— Возможно, — опередив меня ответил он.

— Ты опять…"

"— Нет, Ник запретил читать твои мысли, а удар у него, знаешь ли, тяжелый. Просто у тебя все на лице написано, — раздраженно ответил.

Он тяжело вздохнул смиряя чувства, и дальше уже продолжил ровным голосом: — Лигерия лишена магических источников, а сами земли поглощают магические эманации. Не буду вдаваться в научные объяснения, просто знай, что магов она высушивает. Но не тебя. Не знаю, наследственность это или просто приспособленческий механизм. Но ты — природный щит. Способна сопротивляться антимагическому воздействию. Потому и так легко выкинула меня из мыслей в нашу первую встречу. И, наверное, потому тебя не заметили ищейки Императора.