Глухой, что ли?

Для достоверности решаю несколько раз хорошенько постучать кулаком, но так как блюдо одной рукой удержать не так уж просто — бахаю ногой.

Громко.

Отчаянно.

Настырно.

Потому что ходить в гости к тете Кате, чтобы поговорить по душам, всю оставшуюся жизнь очень не хочется.

— Кто там? — слышу глухой голос мужчины, определенно не старого, и улыбаюсь во все двадцать девять, зная, что он в этот момент, должно быть, пристально смотрит на меня в глазок.

— Соседка ваша. Тортик вот испекла, решила познакомиться, — конечно же, я вру. Никакой тортик я не пекла — купила в кондитерской у дома.

— Я не ем сладкое. И тебе не советую нажираться на ночь, а то задница разжиреет. Доброй ночи.

Несколько минут я стою с открытым ртом, не веря своим ушам.

— Вот хам! — возмущаюсь громко, но, конечно же, до адресата эти слова не доходят.

— Ишь ты, разоралась она! — Ну вот, вспомнила про тетю Катю, называется. — Совсем тебя родители вежливости не научили! Никакого воспитания! Мужик только заехал, а ты уже к нему суешься со своими предложениями! Молодежь нынче…

Дальше слушать не стала, кое-как открыла свою дверь, проскользнула на кухню, заварила мятного чая с лимонной цедрой и от злости слопала половину торта.

А потом долго качала пресс и приседала, проклиная про себя этого идиота. Хорошо, что мой Вовка не такой.

Вежливый, галантный, игривый, голубоглазый, высокий, харизматичный…

Глава 2

Иногда я засыпаю в наушниках. Это единственное средство, которое спасает меня от бессонницы и философских дум.

Лежу с закрытыми глазами, на повторе песня «Вова», выбиваю пальцами ритм по кровати в ожидании, когда меня сморит сон, как вдруг чувствую какую-то вибрацию. Короткую, словно кто-то уронил что-то тяжелое.

Достаю из уха один наушник. Прислушиваюсь… Собака, что ли, у соседа скулит? Так истошно и отчаянно, словно над ней там издеваются.

До чертиков стало жаль бедное животное. Я живу по соседству с психом, теперь уж точно в этом уверена.

Бах!

— Ах, да! Да-да-да-да!

Что за фигня?

Откидываю телефон в сторону, пытаясь понять, откуда этот звук.

Толик, мой сосед снизу, снова порнушку смотрит?

Бах! Стена позади сотрясается от удара.

До моего сонного сознания медленно начинает доходить, что скулит за стеной отнюдь не изголодавшееся животное.

— О да, сильней, пожалуйста, да!

О нет, только не это!

Мало нам Толика-алкаша, так теперь еще и этот.

Падаю обратно на кровать, пытаясь не думать о том, что происходит за стеной, но фантазия сама рисует картины из лучших порнофильмов.

В какой-то степени даже завидую этой девице. Наверное, парень и правда хорош в своем деле.

У меня вот секса не было… сколько?

Загибаю пальцы на правой руке, потом на левой… Восемь. Восемь месяцев без секса!

Недаром я в последнее время превращаюсь в ворчливую бабку.