И он хорошо к вам относился, только вредные привычки не давали ему спокойно жить, да и сейчас периодически проявляются. Через несколько лет мои игры в шпионов закончились, все, кто надо, оказались за решеткой, а мне предложили сменить имя в целях безопасности. Я получил звание, хорошую квартиру в столице и новый паспорт в обмен на любовь дочери. Уже тогда ты особо не шла на контакт со мной, поэтому я делал для тебя то, что мог. Отправлял каждый месяц денег, чтобы ты ни в чем не нуждалась, оплачивал путевки в лагеря и затыкал дыры за Игорем. Как-то так.

_________"

"— Я… я не знала об этом. — Не представляю, что еще сказать, да и как вообще поверить в то, что услышала. Игорь все это время притворялся? Нет, у нас и в самом деле были хорошие отношения, правда, иногда он был абсолютно безответственным, но это не сказывалось на его отношении ко мне, маме и брату.

— И мне очень жаль, что я вновь ввязал тебя во все это, что рисковал тобой, думая, что смогу обо всем позаботиться. Я бы не простил себе, если бы с тобой что-то случилось.

Я не знала многого, ненавидела Диму, решив, что он полностью от меня отказался, а оказывается, все это время он по-своему, но заботился обо мне. В последние годы, когда я повзрослела, я намеренно отказывалась от встреч с ним и редко отвечала на звонки. Детская обида не давала мне покоя, и я не видела и не понимала главного: отцу не наплевать на меня. Кажется, я заблуждалась насчет всего, но поверить во все это и перестроиться слишком сложно, поэтому я решаю не делать никаких выводов, пока не поговорю с матерью.

— Знаешь, мне кажется, Алиса и этот ребенок — мой шанс сделать в жизни что-то правильное. В следующем месяце я ухожу в отставку. Не знаю, чем буду заниматься, я ведь ничего толком и не умею, но как-то оно будет, прорвемся, — нервно улыбается и поднимается со стула, показывая тем самым, что разговор по душам окончен. — Не думай, что я не люблю тебя, ты у меня самое дорогое, что есть в жизни, и я очень надеюсь, что когда-то ты сможешь простить меня. — Он подходит ко мне, и я позволяю ему обнять себя. Несколько минут мы так и стоим, обнимаясь, а потом Дима целует меня в макушку, как маленькую девочку, и уходит.

— А… а как Влад? — срывается у меня с языка, и Дима застывает у двери.

— Он получит по заслугам, не сомневайся. — Вижу, что упоминание о Владе его разозлило, но ничего не могу поделать со своим дурацким сердцем, которое то ненавидит, то безумно скучает по мужчине.

— Хорошо. Это хорошо…

Но в этом нет ничего хорошего. Дима уезжает, обещая позвонить через несколько дней и поведать обстановку, а я снова остаюсь наедине со своими мыслями.

— Может, посмотрим какой-нибудь фильм? — А нет, не наедине, здесь еще есть Алиса.

— Нет, спасибо, я пойду посплю.