Козыряя на ходу встречным офицерам, генерал прошел в свой кабинет, повесил фуражку на вешалку и поднял трубку внутреннего телефона:

— Старшего лейтенанта Соколова ко мне на 9 часов!

Заглянул секретарь, майор Гомзиков:

— Разрешите, товарищ генерал?

— Заходи.

— Какие будут распоряжения на сегодня?

— Сделай мне кофе покрепче прямо сейчас, и сахара положи побольше. Потом свободен, пока не позову. Придет Соколов, который психолог, пропустишь сразу. Пока он здесь, никого ко мне не пускать.

— Есть! Разрешите выполнять?

— Давай.

Когда майор вышел, Антон Ильич достал свой ""Макаров"", проверил магазин, снял с предохранителя, передернул затвор, досылая патрон в патронник, и положил пистолет на стол, прикрыв сверху газетой.

Взглянул на часы — 8.45. И в это время майор принес кофе. Поблагодарив, генерал отпустил его и, не чувствую вкуса, мелкими глотками стал пить очень крепкий и очень сладкий напиток.

Без двух минут девять в приемной хлопнула дверь и через минуту в дверь постучали.

— Да! — крикнул он.

Дверь приоткрылась и просунулась голова Соколова:

— Разрешите войти?

— Заходи."

"Соколов зашел в кабинет и вытянулся по стойке смирно:

— Товарищ генерал, старший лейтенант госбезопасности Соколов по вашему приказанию прибыл!

— Проходи, садись, Соколов, — генерал Федотов кивнув на ближний к столу стул.

Соколов пошел к указанному месту и когда уже выдвигал стул, чтобы сесть, генерал быстро, как на учениях, выхватил пистолет и, точно наведя его в голову Соколова, выстрелил в старшего лейтенанта.

* * *Егор Соколов завтракал в одиночестве в столовой, глядел в окно и думал об Ольге. Вернее, о том сне, который ему сегодня приснился уже под утро.

Он редко запоминал сны, но сегодняшний помнил от начала до конца. Во сне они с Ольгой опять, как когда-то, шли по бескрайнему и совершенно пустынному пляжу Варадеро, босыми ступнями загребая белый песок. Над волнами парили пеликаны и вездесущие чайки. Вот странно, чайки здесь почему-то кричали совсем не так противно и истошно, как в России. Климат на них, что ли, так влияет?

И все в этом сне было так красиво, как бывает лишь во сне, только в самом конце Ольга вдруг посмотрела в его глаза и произнесла очень серьезным голосом:

— Егор, сегодня в 9 утра будь предельно внимателен.

Предельно, понял?

Егор хотел спросить, почему, но тут зазвенел будильник и сон ускользнул. Но последние слова Ольги и сейчас звучали в его голове.

И тут к нему подошел дневальный:

— Товарищ старший лейтенант, разрешите обратиться?

— Обращайтесь.

— Генерал Федотов приказал вам прибыть к нему в кабинет к 9.00.

— Зачем, не знаешь? — нахмурился Егор.

— Да откуда? — совсем не по-уставному ответил сержант. Контрактники вообще себя вели гораздо свободнее срочников.