Когда у меня был Пашка, смириться с его бабами было легче. Я вообще старалась о них не думать. Да только вряд ли такая тактика возможна, если мы станем жить вместе. К тому же у меня обострен нюх. И если он придет от другой, я это непременно учую. И меня просто стошнит!

В итоге я так накрутила себя подобными мыслями, что чуть снова не разревелась.

– Маш…

– М-м-м?

– У меня не было никого. С тех пор как мы вместе. Никого, слышишь? Ты все. Неужели не поняла еще? Да в жизни я не стал бы к тебе лезть, если бы мог со своей к тебе тягой справиться.

– Да ты просто ничего не соображал, – фыркнула я сквозь слезы.

– Когда?

– В наш первый раз.

– Алкоголь раскрепостил, это правда. Но лишь потому, что я в последнее время только об этом и мечтал.

– Мечтал меня выебать?

Покровский сжал сильней на руле пальцы и, не отрывая затылка от подголовника, повернулся ко мне.

– Быть с тобой мечтал. Ну и выебать, конечно, грязный твой рот, – растянул губы в кривой ухмылке.

Я прикрыла глаза. Тело вновь наливалось жаром.

– В деревне сплетен, наверное… – шепнула я.

– Ага. Ставки делают на то, чем это все закончится.

– Давай пока не будем торопиться. Давай посмотрим, как будет. Вдруг это окажется совсем не так, как ты себе представлял?

– Например? – выгнул бровь Иван.

– Ну… Из наших отношений ушла пикантность ситуации. А она, согласись, заводила."

"– Маш… Черт, ты ведь так ни хрена и не поняла, да? Ну… – Иван задумчиво потер бровь большим пальцем. – Это моя вина. Твое недоверие вполне объяснимо. Я тебе, наверное, старым извращенцем кажусь?

– Ну какой ты старый?

– То есть, по поводу извращенца возражений у тебя нет?

Я вспыхнула. Малышка в животе завозилась. Я осторожно погладила вибрирующее местечко. Утешая кроху – тише, тише…

– Мне все нравилось, – прошептала я. – Кроме тех моментов, когда ты уходил, сгорая со стыда. Унизительно было это. А не то, что мы вытворяли… и как.

Мы уже съехали с трассы на ведущую в деревню дорогу, но теперь Иван свернул и с нее. Медленно съехал на обочину. Остановился.

– Вот прям все? – тихо уточнил он, разгоняя мое сердце до запредельной скорости.

– Да. – Прежде чем ответить, мне пришлось смочить пересохшие губы языком.

– Это меньшее из того, что я хотел.

– А чего ты не сделал?

– Я не сделал тебя своей. Не забрал, хотя понимал, что Игорь тебя не стоит. Да просто не мог он оценить тебя по достоинству.

– Может быть, потому что у меня их и нет? Достоинств…

– Глупость. Я не знаю, Маш, каким хреном я думал. И куда меня несло. Просто смотрел, как ты к нему относишься, как заботишься, бережешь… Сколько тепла в тебе нерастраченного и совершенно ему не нужного, что меня пробивало. И хотелось, чтобы в моей жизни…

– Что?

– Рядом был такой человек.