Мне надо было выяснить. Прямо сейчас.

Еще не рассвело, когда я подъехала к больнице. Проблема в том, что прием велся в женской консультации, но меня осматривал специалист, приглашенный из отделения. Попасть к нему просто так было непросто. Но, видно, в тот момент небо надо мной сжалилось. Потому как я вдруг увидела ту самую женщину, что мне была нужна!

– Простите, – закричала я, выскочив из машины. – Простите…

– Да? – удивилась она.

– Я Маша. Мария Покровская. Вы меня осматривали, может, помните? После пожара, – затараторила я, внимательно вглядываясь в лицо докторицы. И потому замечая, как она насторожилась.

– Конечно. Вы что-то хотели?

Я кивнула, судорожно соображая, как повести диалог. У меня же не было никаких доказательств, которые я могла предъявить, чтобы обвинить ее в сокрытии фактов! Значит, нужно было импровизировать. Не наезжать в лоб, не сыпать обвинениями, потому как, ясно, она примется все отрицать, а импровизировать.

– Д-да. Понимаете… После выкидыша… Я очень беспокоюсь о том, все ли со мной в порядке. Смогу ли я снова забеременеть? А выносить ребенка? Прямо спать не могу.

– Значит, муж все же решил вам рассказать? – задумчиво протянула женщина.

– Да-да, – часто закивала я, не замечая слез, катящихся по лицу. – М-муж. Все рассказал.

– Вы простите. Так, конечно, нельзя. Но это была его просьба. Он очень переживал о вашем здоровье. И потому мы решили, что будет лучше не зацикливаться на этом.

Как красиво она завуалировала! Не зацикливаться – то есть не знать.

– Он такой. Очень тревожный, – всхлипнула я.

– Ну, милочка. В мужчине это не самое худшее качество. За такого мужа, как у вас, держаться надо. Таких сейчас нет. А что касается здоровья, то все у вас хорошо. Вы молоды. Матка цветущая… Еще не одного ребеночка родите. Даже не сомневайтесь.

Машинально кивнула. Но не сказать, что хоть что-нибудь поняла. Точней, я, конечно, понимала, что прямо сейчас узнала. Неясным оставалось, что с этим самым пониманием теперь делать.

– С-спасибо.

– Ну, я пойду? У меня смена вот-вот начнется.

– Конечно. Спасибо…

Вот только за что? За то, что от меня скрыли правду? С другой стороны, а была ли я к ней готова? В тот момент мне и без новостей о выкидыше хватало стресса. Или…"

"Я повернулась к машине. Накрыла рукой живот. Прикинула срок. Там… там, наверное, еще даже человечка не было. Так, маленькая козявочка. Моя… Его. Наша. И я бы никогда не узнала об этом. Если бы этот дурак опять не напился и не выложил мне, ничего не соображая, то, что сам же хотел утаить.

Просто с ума сойти. И что мне теперь с этим делать?

Я села за руль, медленно выехала со стоянки и бесцельно покатила вперед.

Могло ли это быть наказанием? Пятьдесят на пятьдесят. Как и все в этой жизни.