– Значит, квартира моя…

– Нет ее больше, Маш. Забудь как страшный сон.

Охренеть. Наверное, даже хорошо, что присутствие Покровского оттягивало на себя столько внимания, иначе бы эта новость просто меня размазала. А так… Конечно, хреново было, да… Куда без этого. Но прям уж лютой безнадеги я не ощутила. Касалась его руки и верила, что не все так плохо. Просто потому что не могло все быть плохо, когда он так на меня смотрел.

– И куда же мне идти теперь?

– Ты с ума сошла? Тебе сейчас отлеживаться надо. Поправляться.

– Терпеть не могу больницы. Еще с тех пор, как проведывала бабулю, а от меня все отмахивались, как от мусора.

Взгляд Покровского посуровел. Он провел пальцами по моей руке и немного сжал запястье.

– Теперь никто от тебя отмахиваться не будет. Веришь?

Подавив всхлип, я кивнула.

– Только все равно домой хочу… – капризно поджала губы.

– Я тебя заберу домой. Как только врачи подтвердят, что можно. Услышала, Маш?

Покровский немного меня встряхнул, потому как я глаза закрыла, и было ему непонятно, здесь ли я, или сплю. Да я и сама не знала. Все казалось каким-то нереальным. Он меня домой заберет. Надо же… Он заберет. Обалдеть! Неужели это правда? А потом что?

– Да. Вы меня заберете.

– Умница. А теперь отдыхай.

И все. Его как-то вмиг не стало. Я возмущенно потянулась следом, не давая Ивану уйти. Потом, конечно, поняла, как это странно и нелепо выглядит. Назад дернулась. Но он так просто не отступил. Сжал в руках мои пальцы снова. И наклонился, чтобы поцеловать. Пусть в лоб, как ребенка, но это никак не умалило моего счастья.

– Ты пока не спи. Я к тебе Сергеевну пришлю. Скажешь ей, что надо купить, ага?

– Ага.

– И не стесняйся, Маш, а то знаю я тебя.

– Не буду.

Дверь за Покровским с тихим щелчком закрылась.

– Хорош у тебя свекор. Другой бы не стал возиться, – резюмировала лежащая на соседней койке тетка. А я и забыла, дурочка, что у нашего разговора были свидетели. Да не один! Вот так на меня Иван Сергеевич действовал. Все внутри трепетало. Сжималось, замирало мучительно. И к нему рвалось, оттесняя все ненужное.

– Машка! Мари-и-ия! – взвыла Сергеевна. – Ох ты ж бедовая девка! Ну?! Чего ты добилась? Говорила я тебе – сиди дома.

– Сергеевна! – рявкнул откуда-то из коридора Покровский. И оттого что он здесь, где-то неподалеку, хоть и не рядом, мне стало и легко, и сладко, и радостно. Ну какой же он… Как я без него?

– А что я? Как будто неправда. Ты давай, Машенька. Списочек мне диктуй.

Я растерялась, потому что не имела понятия, как надолго меня в больнице оставят. Попросила купить белье, ночнушку, халат. Тапочки и спортивный костюм на выписку. Тем и ограничилась. Лечение мне полагалось бесплатное.