Как же приятно и комфортно здесь! Не удивительно, что Еся согласилась на предложение этого мужчины. Моя новая знакомая живёт в хоромах. Конечно, вряд ли я смогу обеспечить себе и малышу такие же шикарные условия, но постараюсь, чтобы в моём доме было чисто, тепло и по-простому уютно.

– В земли безмужних везут всех, кому не лень, – делится Еся между делом, тоже отпивая чай. – Не только из Мраколесья, но и из соседних регионов. Мои знакомые старые девы думают, раз мы проиграли войну, и Верховный Владыка прислал сюда твоего бывшего жениха вместо нашего князя, то может он изменит порядки? Может мы сможем жить самостоятельно? Но я бы не хотела.

– Почему? – удивлённо спрашиваю я.

Не то чтобы я надеялась на милость Рагнара, просто интересно, почему Еся не жаждет свободы.

– Что я буду делать? Родни у меня нет, собственности тоже. В городе у Радика есть жена, она не потерпит меня или другую под боком у мужа. А здесь я в шоколаде.

– Ты могла бы найти работу в городе и обеспечивать себя.

– Ха! – усмехается Еся. – Я только и могу, что угождать мужчине. На кухне или в постели. Мать умерла, оставив меня без гроша. У меня был жених, но он лишь подпортил мою репутацию, выставив шлюхой. Конечно, никто потом на мне не женился. Мной лишь пользовались…

Я произношу какие-то слова утешения, но вижу, что Есения не нуждается в них. Её действительно устраивает та жизнь, которая у неё есть.

Она встаёт, подходит к камину и берёт кочергу, чтобы разворошить пламя. Запястье Еси обнажается на мгновение, и я готова поклясться, что вижу на нём синяки. Будто следы от мужских пальцев.

Неужели это Радик? Вряд ли они от другого мужчины… спрашивать я не решаюсь, ей не понравится, что я лезу в их личные дела. Но неужели он её бьёт? Или я себя накручиваю?

Если раньше я чувствовала дискомфорт, зная, что Радик мной заинтересовался, теперь внутри зарождается самая настоящая тревога. Связываться с тем, кто бьёт женщин, мне совсем не хочется. Кто знает, чем обернётся мой отказ?

– Ты сказала, что сюда везут старых дев со всех регионов. Это из-за нехватки рабочих рук? – спрашиваю я, чтобы отвлечься от тревожных мыслей.

– Конечно! Я кое-что тебе расскажу, только тс-с, – переходит на шёпот Еся. – Я не очень разбираюсь в производстве или торговле, но вот Радик говорит, что нас используют. Точнее не меня, ведь я не работаю на фабрике или в поле. А вот остальных старых дев, да…"

"Я уже догадалась, что женщины здесь лишь расходный материал. Слова Еси только это подтверждают. Интересно узнать, сколько прибыли приносит производство ткани из местных цветов? И сколько тратят на посёлок и зарплаты для работниц? Что-то мне подсказывает, разница колоссальная. И не в пользу старых дев.

Но Есения вряд ли знает что-то о деньгах, её смысла спрашивать нет.