Открываю второй шкаф, там пара тарелок, несколько столовых приборов, и нож, который тупой даже на мой неискушённый взгляд.

Тут же стоит грубый, низкий столик из неровных досок. На его поверхности видны глубокие порезы и следы горячих горшков. В углу стола бывшая хозяйка дома оставила деревянную ступку с остатками размолотых трав.

Над столом пара полок, одна из которых слегка накренилась. На полках стоят маленькие плетёные корзинки, в которых раньше хранились овощи или сушёные коренья, но сейчас там пустота. Рядом – связка ржавых крюков, на которых висели утварь или травы, но сейчас их нет.

Металлический треножник одиноко стоит у стены. Над ним можно было развести небольшой огонь для приготовления пищи. Под треножником валяются угли.

Складывается ощущение, что отсюда унесли часть вещей. Это была лира Дарина? Или кто-то другой? Я уже не узнаю.

– Неужели это моё жилище на ближайшие годы? – мой тихий шёпот прерывает звенящую тишину домика.

Отчаяние сдавливает грудь. Здесь даже уборка не поможет, жить в таких условиях будет нелегко, тем более, когда срок станет слишком большой, или когда малыш появится на свет. Что я буду делать? В уголках глаз начинают собираться слёзы, но я зло смахиваю их.

Нет! Нельзя расклеиваться, нужно собраться. До рождения ребёнка ещё много времени, я смогу наладить быт и найти друзей, которые помогут в трудную минуту. О большем пока не хочу загадывать, но кое какие мысли о том, как всё исправить, у меня уже есть.

А сейчас надо браться за дело.

Собрав всякий хлам и мусор в старую плетёную корзину, я выхожу на улицу, думая найти место, куда можно выкидывать ненужное. И тут же замечаю женщину, которая стоит на крыльце соседнего дома и пялится прямо на меня. Она в таком же красном платье старой девы. Её короткие чёрные волосы выбиваются из-под чепца. Между нами метров десять, как минимум.

– Привет! – кричит она и машет мне рукой, широко улыбаясь.

Я замираю с корзиной в руке и невольно улыбаюсь в ответ:

– И тебе привет!

Заметив, что я не прочь пообщаться и настроена дружелюбно, женщина тут же бросается ко мне и останавливается у забора, разделяющего наши участки.

– Ух! Мегера уехала наконец-то, может и познакомиться. Ты новенькая? Как тебя зовут? Меня Есения, но можешь звать меня Еся, – тараторит она, не сводя с меня заинтересованного внимательного взгляда.

– Меня Анна, – произношу я, чувствуя некоторую неловкость от напора новой знакомой. – Давно ты здесь?

– Мне тридцать два, так что можешь посчитать, – пожимает плечами она. – Уже знаешь, куда тебя отправляют работать?

Еся выглядит куда моложе тридцати двух, и вблизи она настоящая красавица. Большие карие глаза, правильные черты лица, фарфоровая кожа, пухлые губы. Даже её голос звучит мелодично и сладко.