Из врат всё ещё струится лёгкий дым, но сами они начинают медленно затворяться, словно насытившись.

Дракон отстраняется и тёмные чешуйки начинают спадать, осыпаясь пеплом. Крылья складываются и исчезают. Едва обратившись, Рагнар подхватывает меня на руки, прижимает так крепко, будто хочет раствориться во мне.

Его губы находят мои в ту же секунду. Поцелуй жадный, собственнический, он забирает моё дыхание.

Рагнар целует меня так, будто этим поцелуем хочет доказать, что я его. Принадлежу только ему, и пусть мир сгорит дотла, но он никогда больше меня не отпустит.

Его пальцы зарываются в мои волосы, ладонь крепко ложится на затылок, не давая отстраниться. Губы двигаются жадно, с какой-то почти болезненной настойчивостью, и я таю в этом прикосновении, в этой одержимости.

Отвечаю, захлёбываясь в его тепле, в этой безумной нежности, сплетённой с яростью утраты.

– Я ждала тебя… так долго… так страшно было… я боялась, что никогда… – всхлипываю я.

– Анна, – выдыхает он, фокусируя на мне взгляд. – Почему ты здесь одна? Что ты творишь? Ты же беременная, тебе надо беречь себя.

Беременная?

– Рагнар, я уже четыре месяца как родила. Тебя не было целый год!

Глава 32. Я должен был с самого начала верить тебе

Путь до особняка Рагнара, который стал мне домом, занимает целый час. Мы едем в экипаже, потому что понимаем, если сейчас князя увидят, нам не удастся побыть вдвоём."

"Рука Рагнара не отпускает мою всю дорогу. Он держит меня крепко, но осторожно, пальцы касаются моих костяшек, гладят запястье, и я не верю, что он настоящий, что он здесь.

Я коротко рассказываю о том, что было за этот долгий год. Про старых дев, про новые законы, про то, как непросто поддерживать Мраколесье на плаву – теперь я прекрасно понимаю, о чём мне говорил Рагнар, когда отказывал в закрытии фабрики. Мне довелось испытать тяготы правления на себе.

Я лишь молчу про детей, не зная, как сказать ему правильно. Как подобрать нужные слова? Рагнар не знает, что малыши его, хоть и принял их не просто на словах, а официально на бумаге. И это для меня самое важно. Он готов заботиться о детях, даже если они от другого.

– И как ты держалась, моя маленькая женщина? – произносит Рагнар низко, хрипло, и в его голосе сквозит восхищение.

– Я просто ждала тебя, – тихо отвечаю я, прижимаясь щекой к его плечу. – И верила.

Сердце так отчаянно трепещет, кажется сейчас разорвётся от напора эмоций. Оно бьётся где-то в горле, в ушах, отзывается горячей дрожью в пальцах, в груди, в животе. Слёзы жгут глаза.

Мы выходим из экипажа и ступаем на заснеженный двор. Здесь никого – все на свадьбе Еси и Орма. В доме тоже тишина, лишь слышно шаги слуг где-то в их части дома.

Рагнар обнимает меня за плечи и прямо с порога прижимает к себе.