Он следит за каждым моим движением.

– Мне нечего тебе сказать, – откликаюсь я, передёргивая плечами. – За ночь ничего не изменилось, ребёнок по-прежнему твой.

Рагнар прищуривается. Едва заметно. Но мне уже становится не по себе.

– Ты сделала свой выбор, Анна. Назад дороги нет, – низкий голос Рагнара эхом отскакивает от стен.

– Боги покарают тебя.

Военачальник Норд усмехается:

– Это не мои боги. Мне на них плевать. Теперь я здесь хозяин, и многое изменится.

Робкий стук в дверь заставляет меня обернуться. Там показывается мужчина лет тридцати в одежде лекаря. Он явно с дороги. Одежда пыльная, от него несёт лошадиным потом.

– Мой военачальник, – кланяется он. – Вы велели мне прибыть с кристаллом. Я очень спешил, простите, если опоздал.

– Проверь её, – коротко бросает Рагнар, а затем переводит взгляд на меня: – Это мой личный лекарь, Анна. Он прошёл со мной десятки битв и пользуется моим безоговорочным доверием. Я специально вызвал его из соседнего города. Всё ради любимой невесты.

Последнее звучит по-издевательски цинично.

Я перевожу полный надежды взгляд на замученного дорогой мужчину. У него ведь точно не будет резона оговаривать меня. Робкая надежда зарождается в душе.

Нехитрая процедура повторяется. Сначала Рагнар сжимает камень, а затем протягивает его мне. На секунду наши пальцы соприкасаются, но я сразу убираю ладонь, поджимая губы.

Сжимаю «сердце матери» и отсчитываю несколько секунд, закусывая губу.

– Красный, – бесцветный голос военачальника Норда возвращает меня к реальности.

Безумие!

– Этого не может быть. Что-то не так с ребёнком, – внутри всё сжимается от тревоги. – Нужно проверить.

А что если дело не в лекаре, а в том, что меня чем-то опоили? Или околдовали?

– Достаточно игр, Анна. Твой выродок просто жалкий бастард, ничего более. Не нужно давить на жалость ребёнком. От этого ты не станешь привлекательнее для меня, как женщина. Мне не нужен пользованный товар."

"Его слова вызывают настоящий взрыв негодования у меня в душе. Я больше не могу безропотно сносить всё, что со мной происходит.

– Ты пожалеешь, – шиплю я, подаваясь вперёд и заглядывая в жестокие глаза дракона. – Однажды узнаешь правду, но будет поздно. Клянусь, чтобы ты со мной не сделал сегодня, я всё равно выкарабкаюсь и стану счастливой.

– Кому ты нужна? – в тоне Рагнара тонна превосходства. – Кто на тебя такую позарится? А уж тем более в землях безмужних.

Я пренебрежительно фыркаю. Военачальник говорит так, будто счастье только в наличии или отсутствии мужчины. Я вообще-то имела в виду другое.

– Уж кому-нибудь, да буду нужна, – отвечаю я ледяным тоном, вскидывая бровь.

Сыну уж точно буду.

Лицо Рагнара темнеет.