– Я нахожу поистине удивительными, – объявила она с царственным великолепным презрением, медленно поднимаясь, – ваши сомнения в способности целой английской армии удержать двух простых женщин. Или вас заставляет отказывать мне жестокость?

Губы его сжались, но он ничего не сказал, сразу же после ужина вышел и вернулся, лишь когда она давным-давно заснула.

На следующее утро Дженни с изумлением увидела, что Бренну ведут к ней в палатку. Серые одежды, схороненные ими возле ручья, оказались чересчур грязными для носки, и Бренна, так же как Дженни, была одета теперь в тунику, штаны и высокие мягкие сапожки, позаимствованные, очевидно, у одного из пажей.

После горячих объятий она усадила сестру рядом и уже приготовилась обсуждать возможные способы бегства, как взгляд ее упал на мужские сапоги, видневшиеся в щели между землей и пологом палатки, сапоги с золотыми шпорами, не дозволенными никому, кроме рыцарей.

– Как твои дела, сестрица? – озабоченно спрашивала Бренна.

– Очень хорошо, – отвечала Дженни, гадая, кто это из рыцарей там торчит и приказано ли ему, кем бы он ни был, подслушивать разговор сестер. Внезапная мысль озарила ее, и она неспешно добавила: – По правде сказать, если б я знала, как хорошо они будут к нам относиться, никогда бы не совершила этой глупой попытки к бегству.

– Что?! – задохнулась Бренна.

Дженни сделала знак помалкивать, обхватила голову Бренны руками, повернула ее в сторону выхода из палатки и тишайшим шепотом проговорила:

– Если удастся их убедить, что мы больше не собираемся бежать, у нас будет гораздо больше шансов это сделать. Мы должны уйти, Бренна, прежде чем отец сдастся. Когда он согласится, будет уже поздно.

Бренна понимающе кивнула, и Дженни громко продолжила:

– Правда, когда нас впервые схватили, я думала совсем иначе, но, если честно, ужасно перепугалась ночью, в холмах, в одиночестве во время побега. А услышав волчий вой…

– Волчий?! – воскликнула Бренна. – Ты же сказала, что это сова!

– Нет, я сейчас вспоминаю и просто уверена, что это был страшный волк! Но дело в том, что здесь мы в безопасности – нас не убивают, не мучают, чего я поначалу ожидала, – так что нет никаких причин рисковать, вновь пытаясь бежать и самостоятельно отыскивать дорогу домой. Скоро батюшка так или иначе добьется нашего освобождения."

"– О да! – подхватила Бренна в ответ на гримасы сестры, велевшие ей говорить громче. – Я с тобой совершенно согласна!

Как и надеялась Дженни, Стефан Уэстморленд, стоявший у палатки, доложил об услышанном. Ройс выслушал с немалым удивлением, но не смог отрицать логичность и благоразумность явного намерения Дженни спокойно перенести плен.