Однако, раз уж о том зашла речь, скажи, твоя тетка и правда такая мастерица в поварских делах, как она утверждает?

Дженни искоса нерешительно взглянула на него:

– Честно сказать, не могу вспомнить, чтобы в нашем семействе ее когда-нибудь расхваливали за это. Ее всегда почитали за целебные снадобья; мудрые женщины со всей Шотландии прибывали к ней за мазями и отварами всяких сортов. Тетушка Элинор убеждена, что соответствующая еда, соответствующим образом приготовленная, излечивает всевозможные недуги и что некоторые продукты обладают особой лечебной силой.

Ройс сморщил нос:

– Лечебная еда? Не совсем то, что я имел в виду. – Он окинул ее оценивающим взглядом, словно ему что-то внезапно пришло в голову. – А ты разбираешься в готовке?

– Нисколечко, – весело откликнулась она. – Мой конек – ножницы.

Ройс громко прыснул со смеху, но появление сэра Альберта, шагавшего к ним через двор с еще более суровым, чем обычно, видом, положило конец веселью Дженни. Холодные глаза, изможденное тело, тонкие губы придавали внешности управляющего злобную жестокость, и Дженни вдруг безотчетно встревожилась.

– Ваша светлость, – обратился он к Ройсу, – виновник вчерашнего происшествия, швырнувший ком грязи, доставлен сюда. – Он указал жестом на кузню в дальнем конце двора, где два стражника держали с обеих сторон мальчишку с побелевшим лицом и собиралась толпа слуг. – Не поручите ли мне самому разобраться?

– Нет! – выпалила Дженни, не в силах побороть неприязнь к этому человеку.

Со слегка завуалированным раздражением во взгляде управляющий отвернулся от Дженнифер к Ройсу.

– Ваша светлость? – повторил он, не обращая на нее внимания.

– Я не знаком с гражданскими дисциплинарными мерами и процедурами, – сказал Ройс Дженнифер, явно уклоняясь от прямого ответа.

Они подходили к быстро растущей толпе, и Дженни обратила на мужа полные мольбы глаза, а в памяти ее звучали речи брата Грегори.

– Если ты разбираться не хочешь, я могу выступить вместо тебя, – лихорадочно вызвалась она. – Я с незапамятных времен наблюдала, как заседает в суде мой отец, и знаю, как это делается.

Ройс оглянулся на управляющего:

– Совершите обычные формальности, а жена моя вынесет приговор.

Сэр Альберт крепко стиснул зубы, но отвесил почтительный поклон:

– Как пожелаете, ваша светлость.

Толпа расступилась, пропуская их, и Дженни заметила, что все стоявшие со стороны Ройса отпрянули гораздо дальше, чем требовалось для прохода, стараясь держаться вне пределов его досягаемости.

Когда они вышли в центр широкого круга, сэр Альберт, не теряя времени, приготовился вершить правосудие.