Медленно выдохнув, Маргарет спросила себя, сколько же людей на самом деле знают, кто она? Или они считают ее бастардом?

— У нас с вами сорок минут для сборов, мэдчен. Пейте кофе, а я займусь вашей прической. Этой ночью из города был доставлен ваш первый наряд.

Сарна допила кофе одним глотком и встала.

— Мора Тандин совершила невозможное, — восхитилась Маргарет. — Она говорила, что постарается сшить вещи в ближайшее время, но я не думала, что это время будет настолько ближайшим.

— Это ее булка с маслом, — пожала плечами эйта Сарна. — Юбку я отгладила, там были небольшие заломы. Да и на рукавах у блузки — тоже. В ателье явно не успевали. В любом случае, даже с заломами, новый наряд лучше того, что у вас есть. Также к нему добавлено несколько кружевных лент.

Встав за спиной Маргарет, эйта принялась за работу.

— Значит, тебе не нужны расчески и эти, как их, завивалки?

— Щипцы. Да, я все делаю руками и магией. И волосы закрепляю тоже магией, никаких дурно пахнущих зелий.

— Что тоже плюс — ведь у многих мор аллергия на подобные средства, — кивнула Маргарет.

— Постарайтесь не шевелить головой, — укоризненно заметила эйта Сарна.

Прическу для своей хозяйки она выбрала элегантную и простую. Объемная, сложная коса и один робкий локон, будто случайно отбившийся от основной массы волос."

"— Косметику я бы вам накладывать не советовала, если только немного оттенить ресницы. Но они у вас и без того темные, что очень странно для золотой блондинки.

— Это из-за сока гилтарри, — вздохнула Маргарет.

— Теперь одеваться, и я провожу вас в Чайную гостиную.

Эйта Сарна отошла на шаг и откровенно любовалась сотворенной прической.

А Маргарет залюбовалась своим нарядом. Он выглядел впечатляюще даже на вешалке — гладкая роскошь плотного, насыщенно-синего шелка и пышная кружевная пена блузки. Тот самый контраст, который обожала матушка Маргарет.

— Немного странная блузка, — нахмурившись, произнесла мэдчен Саддэн. — Да и жакет тоже непривычный.

— Я уже прикинула — плечи будут открыты, потому жакет трансформировался в своеобразный корсаж. Или широкий пояс с пуговками. Не знаю, как его правильно назвать.

Блузка и юбка сели идеально. Маргарет смотрела на себя в зеркала и понимала, что вот сейчас, в эту минуту, она видит свою воплощенную мечту. Все то, о чем она мечтала, засыпая, — достаток и свобода… Тут она неловко повернулась, и в зеркале отразилась золотая роза. Не совсем свобода. Да и достаток — временный. Зато передышка — настоящая. Она уже начала забывать о себе и о том, для чего так старательно учится. Потеряла свою цель. Точнее, процесс получения знаний стал целью, а не средством ее достижения.

— А ведь папа об этом говорил, — вздохнула Маргарет.