Всё-таки, я здесь за командира подразделения, а, значит, и панибратства быть не должно. Надеюсь, отнесетесь с пониманием.

— Да без проблем, было бы сказано, — тут же отреагировал Сергей, а Юрка подтверждающие кивнул.

На этом мы и закончили. Передал ребят старшине, велев разместить и поставить на довольствие. Сам занялся своими делами, которых почему-то со временем не становилось меньше. Как бы не наоборот. Вал нерешенных проблем только нарастал, но при этом я решал вопросы с каждым днем все проще и быстрее, перекладывая зачастую эти самые решения на плечи подчиненных.

Не зря же говорят, что опыт приобретается со временем в процессе работы. Так и я очень быстро понял, как и что нужно делать, чтобы не загнаться напрочь.

Когда через пару часов в лагере ненавязчиво появился парнишка лет десяти, который, катаясь между палаток на велосипеде, спрашивал у всех и каждого, где ему найти командира, то бишь меня, я чуть дар речи не потерял от происходящего.

На хрена спрашивается мы организовывали охрану, если по лагерю без каких-либо проблем рассекают все, кому хочется?

Разозлился я не по-детски, и мои чудо-командиры увидели меня, если можно так выразиться, в другой ипостаси. Я зверствовал и песочил всех причастных, не выбирая выражений. А потом и вовсе заставил всю часть в полном составе бежать десятку с полной выкладкой.

Так всем и объявил, что раз не доходит через голову, то дойдёт через другие части тела. Надеюсь, что меня правильно поняли."

"Пацан, из-за которого личный состав попал под раздачу, оказался внуком нанятого мной еврея, который уведомил, что у деда для меня есть информация, и мне желательно встретиться с ним, как можно быстрее.

Так как я с нетерпением ждал вестей от Аарона Моисеевича, то решил ехать к нему сразу, не откладывая. Всё-таки очень уж многое в моих планах зависит от нарытой им информации.

Встретились мы у него дома, дорогу к которому показал мальчонка. Его довезли до этого самого дома, закинув велосипед в кузов полуторки.

Первое впечатление от жилища Аарона Моисеевича было не очень. Небольшой деревянный домик, казалось вросший в землю, крытый потемневшей от времени дранкой, и огороженный плетнем двор без каких-либо хозяйских построек будто нарочито намекали на отсутствие достатка.

В первый момент я даже засомневался, что попал по месту назначения. Очень уж все выглядело неприглядно и в моем понимании совершенно не походило на жилище уважаемого человека, тем более еврея.

Аарон Моисеевич, появившийся на пороге дома после того, как машина остановилась рядом с невзрачной калиткой, будто прочитав мои мысли, поздоровавшись произнес:

— Не удивляетесь, молодой человек, моему домику. Доживете до моих лет — поймёте, что человеку и подобной конуры иногда много.