Распрямляю плечи, стираю эмоции с лица и произношу:

– Не думала, что когда-нибудь соглашусь на такое, но ты права. У нас есть дурацкий выход, но выход. Пусть Олег решит, кто из нас должен быть с ним.

Очередной громовой залп сотрясает небо, но ни я, ни Аля даже бровью не ведем, глядя друг другу в глаза. Мы никогда не были соперницами, никогда не боролись. Каждая занимала свою нишу, была лучшей на своей стезе, а теперь мы схлестнулись. И я понятия не имею, чем все может обернуться. Я уверена в себе и в симпатии Дымарского, но не знаю, станет ли мне легче когда-нибудь.

Будет ли это предательство с моей стороны? Я не делаю ничего такого за спиной подруги, но все же… Это супермерзко.

Но иного выхода просто нет. Может быть, когда Олег выберет меня, Аля через какое-то время успокоится и смирится? Может, мы даже будем общаться. Я надеюсь на это."

"Макарова еще встретит своего принца. И наверное, встретила. Взять того же Бойко. Он подходит ей, делает ее живой. Заставляет забыть о масках и напускной идеальности. Вот кто ей нужен! А Олег… Он подходит мне. У нас есть эмоциональная связь и взаимная симпатия. Это лучший вариант.

– Я всегда думала, что ты поддержишь меня в первых нормальных отношениях, – произносит Макарова, тяжело вздыхая.

Боль пронзает сердце, дрожь бежит по рукам, а глаза наполняются слезами. Запрещенный прием! Хочется прямо сейчас прекратить муки, отдать ей Олега и забыть обо всем, но… Не только она так думала. Я тоже. Последний месяц показал, что ничего не получится. Я не смогу смириться. Мы с Дымарским идеально подходим друг другу. Ему нужна не Аля, а я. И я не хочу даже представлять их вместе. Как они будут гулять, держась за руки, обниматься, целоваться…

Нет! Ничего подобного не будет! Я не готова пойти на такое.

Даже ради нее.

– А я думала, что ты всегда будешь на моей стороне, – сухо отвечаю ей в тон, сдерживая из последних сил непрошеные слезы.

– Не знаю, как мы теперь будем общаться.

– Никак… Мы не сможем. Лучше обрубить контакты на то время, пока все решается. Аль, единственное, что я могу обещать – честную борьбу, если с твоей стороны не будет подстав.

– Не будет, – отрезает она.

– Тогда договорились.

– Удачи тебе, – со скрытым сожалением говорит Макарова, но меня ей не надурить.

– Ага, – отзываюсь я, раскрывая спасительный зонт, который так кстати сам ложится в руку. – И тебе удачи.

Выбегаю под дождь. Мысли и эмоции делятся на два лагеря. С одной стороны, облегчение и будоражащая радость из-за того, что мои руки развязаны, а с другой, печаль и тоска по лучшей подруге, которую я могу навсегда потерять. Но все правильно. Мы правильно поступили. Теперь каждая отвечает только за себя.

Честная борьба – значит честная борьба. Такова жизнь. За счастье приходится бороться. Иногда и с близкими людьми.