Ютиться в Марининой спальне, да еще терпеть присутствие ее соседки, которая из зависти распускает обо мне кучу сплетен в универе, то еще удовольствие. Даша эта злобная коза.

— Молотов что-нибудь говорил обо мне после того, как я ушла? — Марина перестает нарезать сыр и смотрит на меня с ожиданием.

Кажется, она и правда верит, что ее навязчивые посягательства в машине, произвели впечатление на Сергея. Сергея Георгиевича, чтоб тебя, Живцова!! Даже мне, не имеющей ни малейшего опыта общения с мужчинами, подобными ему, ясно как день, что если Марина и вызвала в нем хоть какую-то эмоцию, то только раздражение.

— Мы с ним ведь не приятели, — пожимаю плечами и засовываю в рот ломтик «Гауды». — С чего бы ему со мной откровенничать.

— Ну не знаю. Мне кажется, он мной заинтересовался, но постеснялся брать номер в твоем присутствии. Надо как-то встречу организовать с ним тет-а-тет.

Я от удивления аж щеку прикусываю: она серьезно что ли?

— Ты просто не видела, как он на меня смотрел, — продолжает рассуждать Марина. — Взгляд у него такой синий, пронизывающий. Просто так мужчина на женщину не смотрит. Я точно ему понравилась.

От подобного разговора мне становится неприятно и хочется его поскорее свернуть. Может, я чего-то не так понимаю, но не производит Молотов впечатления мужчины, способного польститься на дешевое цирковое представление, устроенное Мариной. Как-то это слишком примитивно для него, что ли. Не вяжется.

К счастью, или скорее, к несчастью, в этот момент ключ в дверном замке поворачивается и в квартиру в облаке дешевого парфюма входит коза Даша.

— Ой, какие люди до Алтуфьева из самой Барвихи добрались, — скинув каблуки, она проходит на кухню и плюхается на соседний стул. — Пока жених в больнице, папа тебя на порог не пускает, Юль?

Глубоко вздохнув, я натягиваю на лицо сладкую улыбку и выдергиваю из тощих пальцев кусок сыра, который коза Даша пытается стянуть с тарелки.

— С семьей Молотовых у меня все прекрасно. Я приехала подругу навестить. Сыр, кстати я тоже для нее привезла. Хочешь его поесть, для начала рот с мылом помой.

Обычно я стараюсь не обращать внимания на ее выпады, но сегодня что-то идет не так. Наверное, сказывается затяжные московские дожди, хронический недосып, волнение за Диму и слова Марины о мнимом интересе к ней Молотова.

— Мариин, — Даша возмущенно раздувает щеки и смотрит на свою соседку, — ты в следующий раз советуйся, прежде чем ее к нам в квартиру приглашать. Хамло рязанское.

— А ты, напомни, чье хамло? — ехидно уточняю я. — Из Рыбинска вроде?

Упоминание о родном Рыбинске коза Даша воспринимает как личное оскорбление: подпрыгивает с табуретки и, испепелив меня злым взглядом, вылетает с кухни.

— Зачем ты так с ней, Юль? — хмурится Марина.