Но стать убийцей! Собственной любовницы! Он же сам допустил ее присутствие на празднике! Я ничего не понимаю.

– Он не знал, что она будет в особняке, – мрачно сообщает свекровь. – Мне тоже досталось. Сын жутко разозлился на меня. До сих пор между нами как кошка пробежала. Конечно, ты мать его сына, он очень трепетно относится к тебе… Но я тоже ни при чем! Аниса втерлась ко мне в доверие. Сама предложила помочь с вечеринкой. Она очень хитрая.

– Почему вы решили мне все это рассказать?

– Подумала, что будет интересно.

Нет, Варвара Степановна явно преследует какую-то цель, и мне это совсем не нравится.

– Аниса до сих пор сидит в вашем подвале? Это значит «за решеткой»? – каверзные вопросы вырываются спонтанно. Понимаю, что Варвара Степановна вряд ли оценить проснувшийся во мне юмор. Судя по ее лицу – приходит в бешенство.

– Ты невыносима! Как можно шутить во время такого серьезного разговора? – вскипает женщина. – Поэтому мне так не нравилось, что Алекс помешался на тебе! Ты как бомба замедленного действия! Непредсказуемая! А еще обожаешь притягивать к себе внимание любыми способами!

– Я в курсе, что вы меня не любите. Спасибо, что объяснили за что.

Я – бомба? Непредсказуемая? Что за бред несет свекровь! Не говоря уже о слове «помешался». Она вообще о ком? О своем холодном и расчетливом сыне? Точно все перепутала! Наверное, это возраст, деменция, так сказать. Подкралась незаметно.

– Моему сыну очень плохо сейчас. Ты портишь ему жизнь, а ведь он ни в чем не виноват! – продолжает высказывать идиотские претензии.

– Я не хочу это обсуждать, думаю, нам с Артуром достаточно свежего воздуха.

– Ты вынесла приговор, но не выслушала, Ромина. Иногда можно крепко ошибиться. Особенно, если привыкла считать себя непогрешимой.

– Если вы про своего сына, то мне все рассказала его любовница. Нужды что-то додумывать не было. Она даже продемонстрировала все наглядно.

– Аниса? – смеется неприятным смехом. – Слишком большую роль ей отводишь.

– Мне противно о ней говорить. Все, с меня достаточно.

В коляске начинает возиться Артур, и мы тут же замолкаем. Не хватало еще разбудить ребенка.

– Прости, малыш. Я больше не буду отвлекаться на ерунду, – шепчу, поправляя одеяльце.

– Ромина, Алексу очень непросто сейчас.

– Я должна его пожалеть? – спрашиваю горько.

– Он твой муж. Ты должна о нем заботиться."

"Ничего не отвечаю. Не хочу спорить со свекровью. Кстати, она так и не ответила, что же дальше случилось с Анисой. Мысль о том, что она до сих пор сидит в подвале – слишком дикая. Так что с ней? Но гордость мешает снова завести разговор о любовнице.

Варвара Степановна, словно прочитав мои мысли, произносит:

– Он очень жестоко наказал Анису. Она и правда в тюрьме. Повесили хранение и распространение запрещенных веществ.