Стройная женщина в элегантном белом халате, обращается ко мне:

- Мальчик, освободи пожалуйста кресло Александру Александровичу.

Обиженный, поднимаюсь и отхожу в сторону. В кресло усаживается грузное тело молодого доктора, а я стою возле окна наблюдаю. Та же женщина уверенно заходит в кабинет заведующего отделением и через минуту выходит вместе с Александром Анатольевичем. Мужчина с трудом встает и все вместе заходят в соседнюю палату.

Мимо проходит Татьяна Александровна.

- Сашуля, ходишь? Молодец! Пожалуйста, не переусердствуй – мы столько сил на тебя потратили.

Жалуюсь:

- Татьяна Александровна, я в кресле сидел, но попросили освободить его для какого-то толстого врача - Александра Александровича. А кто он?

Она переспрашивает:

- Ты бальзамом по Вишневскому пользовался?

Вспомнил удушающий запах дегтярообразной мази.

- Да, в Саранске им лечили мне абсцессы в животе.

- Так вот Сашуля, ты уступил кресло внуку знаменитого хирурга Вишневского. Он впервые применил для лечения ран этот линимент бальзамический. Александр Васильевич, вначале века основал институт хирургии в Москве, носящий теперь его имя. А сын его, Александр Александрович - старший, является директором этого заведения, где и работает ведущим хирургом тридцатидвухлетний профессор Александр Александрович - младший – она улыбается: - Считай, что ты через это кресло прикоснулся к истории Советской медицины…

20 июля 1971 год.

Яркое утреннее солнце через окно слепит глаза. Врачебный обход. Татьяна Александровна осмотрев повязку на моем животе, просит медсестру:

- Танечка, пожалуйста, смени ее и наложи аккуратно новую. Сегодня, Сашу будем показывать на врачебной конференции. Александр Анатольевич сделает доклад. – смотрит строго в мою сторону: - Никуда не уходи, конференция в 10 часов…

С Таней беленькой идем тем же путем, что и две недели назад вез меня на каталке Василий Семенович. Прошли по внутренним коридорам оба крыла здания и также под куполом с ангелами. Наконец, уткнулись в массивные двери конференц-зала. В фойе никого кроме нас, а из приоткрытой двери слышна речь Александра Анатольевича. Таня осторожно заглядывает и тихо мне шепчет:

- Тамара Николаевна проектором показывает слайды на экране."

"Двери открываются. Выходит Татьяна Александровна.

- Саша, заходи.

Прохожу в зал. Передо мной большая аудитория с полукруглыми рядами сплошных парт поднимающихся лесенкой к высокому потолку. Все ряды заняты врачами – человек двести, не менее. Справа на небольшой возвышенности длинный стол с президиумом. Александр Анатольевич на трибуне. Окна зашторены, но солнечные лучи все же пробиваются в помещение. Оглядываюсь – на белом полотне экрана, мой вспоротый живот с дырявым кишечником.