Вокруг стайки ребят – слушают истории из его жизни и нравоучения примерно такого содержания: «Жениться нужно на красивой девушке - с ней в любое общество не стыдно пойти, а для любовных утех, сойдет любая».

Все ждут. Смущенный всеобщим вниманием, отвечаю: - Не знаю, получится ли?

Директор тихо хлопает ладонью по столу: - Так и решим, если что, перейдем к варианту Антонины Ивановны – обращается к внимательно слушающей Людмиле Александровне: - Вот Вам, Людмила Александровна, новый ученик. Пожалуйста, подготовьте класс к приходу Уланова.

- Не беспокойтесь, Петр Афанасьевич, мой 8 «Г» , спокойный. Саша вольется в коллектив без проблем. – поворачивается ко мне: - Пойдем со мной, ознакомлю тебя с расписанием уроков на неделю и подыщу на первое время учебники за восьмой класс.

Отвечаю ей: - Учебников не надо! Все они лежат дома – почти два года пылятся без дела …

В почтовом ящике нас ждал конверт на нем рисованный олень, гордо вскинув голову с ветвистыми рогами, призывно трубит оленихе. Это письмо из Москвы, от Александра Анатольевича:

« Здравствуй дорогой Саша!

Все твои письма получили. Все кто принимал участие в твоем лечении рады, что состояние твоего здоровья улучшается. Это поможет нам лучше произвести последний этап оперативного лечения. Ты правильно писал, что я очень занят. Действительно, это лето очень много оперировал – почти каждый день и притом большие и серьезные операции. Устал страшно и теперь наконец с 14-го сентября пошел в отпуск, так что в институте буду числа 26-го октября не раньше.

Ты совершенно правильно делаешь, что занимаешься физкультурой. Думаю, что и ешь достаточно. Потерпи немного! Ведь перенес больше. Спешить в таком серьезном деле нельзя. Лучше выждать и правильно выбрать время для операции. Будь здоров, привет маме. Всего наилучшего! А.Беляев.»

18.09.1970 год."

"27 октября 1970 год.

Все оказалось намного проще, зря переживал. Посещаю школу без особых проблем - за пятнадцать минут большой перемены, успеваю сбегать домой, освободить калоприемник и вернуться к следующему уроку.

Пятый урок – физика. Геннадий Иванович развалившись на стуле крутит на указательном пальце связку ключей, и взглядом выбирает «жертву».

- Кто же нам расскажет о звуковых волнах? Может, есть добровольцы?

Сижу за вторым столом в третьем ряду от учителя, оглядываюсь – поднятой руки нет.

«Ничего сложного в вопросе нет. Все изложено в учебнике простым доступным языком. Почему никто не хочет отвечать? Вопрос настолько простой, можно сказать детский!»

Поднимаю руку и спрашиваю:

- Можно мне?

- Хотелось бы услышать других.