- Петь, лучше расскажи, как ты сумел сжечь свой пищевод?

Он недовольно морщиться:

- Ничего интересного. Отмечали день рождение товарищу. Кто-то пошутил – вместо водки, в стакан налил уксус. Выпил залпом – в результате химический ожог пищевода. Рубец перекрыл его просвет, так что теперь принимаю все только через трубку. – расстегнув пижаму он вытащив ее из-за пояса – показывает: - Она введена через брюшную стенку непосредственно в желудок. Ставлю свободный конец в воронку и лью туда жидкую пищу. В Минске несколько раз проводили бужирование пищевода – расширяли просвет, но все бесполезно.

Не могу оторвать взгляда, от подшитой в живот толстой резиновой трубки.

- У тебя как на картинках в учебнике зоологии, где академик Павлов проводил опыты на собаках, когда изучал условные и безусловные рефлексы. А здесь, что тебе обещают?

- Должны заменить скукоженный пищевод на новый из моего тонкого кишечника. Саш, не хочу об этом говорить, лучше прочту свой рассказ.

- Читай. Слушаю.

Волнуясь, и местами запинаясь, Петро воодушевленно читает о том, как больной юноша, живущий на острове в Тихом океане, влюбился в красивую девушку. В один из пасмурных дней, приплыл к острову пиратский корабль и властный капитан насильно завладел ею. Парень, защищая честь возлюбленной, бросился на пирата но в ответ получил пулю в грудь. Корабль с его «любовью» и капитаном-убийцей уплыл, а на песчаном берегу острова лежал одиноко бездыханный юноша. Волны прибоя омывали его бледное худое тело.

Прочитав, Петро, вопросительно смотрит.

- Что скажешь?

Еще не приходилось быть литературным критиком. Немного подумав, все же оцениваю:

- Написано хорошо, но извини Петя, этот сюжет много раз повторен: - «Красивая девушка, влюбленный юноша и злой кровожадный пират». Лучше о себе напиши, или о своей Белоруссии. По вашей земле почти все воины прошли, это у нас в Мордовии, не одной за всю историю не было. Тишь и благодать. Емельян Пугачев, отступая от царских войск, на один день задержался в Саранске – этим и гордимся, а про белорусских партизан книги пишут и песни поют."

"Обидевшись, Петро закрывает тетрадь и не скрывая раздражения, говорит:

- Что ты понимаешь? Мои и твои болячки - никому не интересны! А о войне пусть ветераны пишут. Любовный сюжет с трагическим финалом вечен. О любви писали, пишут, и всегда будут писать.

- Успокойся, Петь. Рассказ твой классный, но если мне придется писать, то напишу что видел, знаю и испытал сам. Сочинять небылицы, не сумею…

30 апреля 1970 год.

Сегодня день рождения мамы – ей сорок семь, но поздравить не смогу, она в Саранске.

Восстановился полностью. Живу ожиданием операции. Каждое утро и вечер «нарезаю» круги по скверу института. Перевязанные пеленкой раны позволяют гулять до двух часов.