На работе он ведет себя совершенно обыкновенно, если не смотреть ему в глаза, то можно вполне комфортно существовать рядом. Вообще, я не уверена, что это правильно — разговаривать в суде вне процесса. Наверное, я что-то оставила на стуле. Оборачиваюсь, он стоит рядом со столом и подзывает меня жестом.

— Уважаемый суд? — делаю шаг ему навстречу, забываюсь и ловлю его взгляд.

На мгновение он улыбается уголком губ, я вспыхиваю, вспоминая свой сон, усилием воли заставляю себя не смотреть ниже уровня его подбородка. И выше тоже, чтобы не поддаться новой атаке его нескромных чертей.

Да, подбородок или воротник рубашки — самая безопасная зона. Буду держаться ее.

— Вы сегодня придете второй раз, заседание назначено на четыре, если я не ошибаюсь, — он смотрит на свои часы, хмурится, прикидывая время. — Раньше пяти вряд ли начнем. Да, подходите к пяти или даже к пяти десяти и захватите мне кофе. Если не сложно.

— Кофе? — переспрашиваю, надеясь, что ослушалась.

— Да, черный. Тут «Старбакс» неподалеку.

А десерт к нему не нужно? А то я запомнила, вы любите.

Бросаю взгляд на камеру.

— Они не пишут звук.

Знаете же, где мой кабинет? Буду благодарен, — кивает мне, давая понять, что разговор окончен.

Ошеломленная его наглостью, я качаю головой и выхожу в коридор, прижимая сумочку к груди. Что ж, по крайней мере мне не придется сидеть целый час под дверью. Пытаюсь себя успокоить. Еду в офис, думая о том, что ни за что на свете не буду носить ему кофе. Пусть даже не надеется.



Глава 13

Лада

За шесть часов между заседаниями я успеваю двести раз передумать, нести ему кофе или нет. Мысленно репетирую возмущенную речь о том, как много он себе позволяет!

Что же мне делать?

В итоге решаю, что судья сам сходит за бодрящим напитком.

К пяти вечера приезжаю к зданию арбитража, поднимаюсь на нужный этаж, нахожу кабинет. Стучусь пару раз, потом толкаю дверь.

Богданов сидит за столом, рядом с ним его помощник — симпатичная девушка, примерно моя ровесница. Они оба замолкают при моем появлении, смотрят вопросительно. Бросается в глаза, что Кирилл без мантии, но в черном костюме, белоснежной рубашке. Черный цвет добавляет ему строгости и возраста. Возможно, поэтому он предпочитает мрачные тона в одежде? Каково быть самым молодым судьей в городе? Решать споры матерых бизнесменов, которые нередко старше его в два раза?

На долю секунды я жалею, что не принесла ему этот чертов кофе.

Но затем одергиваю себя, вспоминая слова босса. Меня в последнее время никто не жалеет, кроме бабушки.

— Добрый вечер, — произношу я.

Ольга здоровается со мной, вопросительно смотрит на своего босса, он дает ей знак сидеть. Бросает взгляд на часы.

— Через. Десять минут. Начнем, — говорит мне отрывисто.