противная, постоянно меня подозревает, ревнует. Как брюхо отрастила и собралась икру метать, так вообще чуть с ума не сошла. Каждую ночь на меня верхом забирается. А я на нее смотреть не могу, иногда даже до тошноты доходит. Мне этот семейный секс уже так опротивел, что ты и представить не можешь. Я на это время твой, Даша.

— Какой ты гад был, таким я остался, — спокойно сказала я и отвернулась.

К столику подошла Танька.

— Дарья, поехали, Меня этот бар утомил, — произнесла она недовольным голосом.

— Да, конечно.

Я встала и посмотрела на Глеба.

— Я не поеду с тобой, Глеб. На стоянке возле бара меня ждет лимузин, точно такой же, как у тебя. Ты говоришь, что мы виделись совсем недавно, а мне показалось, что прошла целая вечность. По крайней мере, с тех пор многое изменилось.

— Что именно? — побледнел Глеб.

— Я стала ездить на лимузине, носить песцовую шубу и костюмы от ведущих кутюрье мира, купаться в джакузи и ждать, когда домработница принесет мне завтрак в постель.

— Молодец! Так его! — поддержала меня Танька и с ненавистью посмотрела на Глеба. Накинув шубку на плечи, я сказала:

— Понимаешь, Глеб, вещь не может служить вечно. У каждой вещи есть свой срок. Если вещь никем не востребована, ее могут украсть, купить или просто забрать себе, но при этом цена обязательно возрастет, причем возрастет во много раз.

— Ну а если хозяин захочет вернуть свою вещь обратно?

— Это невозможно, он просто не сможет доказать, что когда-то эта вещь принадлежала ему.

Я взяла Таньку за руку, и мы направились к выходу. Увидев нас, водитель подогнал к подъезду белоснежный лимузин и вышел из машины, чтобы открыть дверцы. Неподалеку стоял второй лимузин, принадлежащий Глебу.

— Садись в мой, — услышала я за спиной голос Глеба.

— Дашка, кончай дурить. Садись и поехали, — подтолкнула меня Танька и плюхнулась на кожаный диван.

— Это твоя подруга из колонии? — тихо спросил Глеб.

— Да.

— Ты стала там лесбиянкой?

— Нет."

"— Тогда почему она тебя так опекает?

— Просто я спасла ей жизнь.

— Но ведь она не будет возиться с тобой все время. У тебя должна быть своя жизнь, и ее надо устраивать.

— С кем? С тобой?

— Я бы мог тебе помочь на первых порах. Сниму квартиру, устрою на работу.

— Нет, Глеб, спасибо. Один раз ты мне уже помог.

Танька высунула голову и громко крикнула:

— Даша, поехали! Хватит стоять.

Я посмотрела на Глеба, затем перевела взгляд на стоявшие рядом лимузины и улыбнулась.

— По-моему, у тебя он какой-то помятый.

— С чего ты взяла?! Он у меня как новенький!

— Все равно, что-то мне в нем не нравится. Мне кажется, что Танькин лучше. Извини.

Сев в лимузин, я помахала Глебу рукой и отвернулась. Лимузин тронулся, не выдержав, я уткнулась в Танькины колени и громко зарыдала.