Когда Танька замолчала, я пристально посмотрела на Глеба и сказала:

— Я смотрю, у тебя новая девушка. Совсем молоденькая.

— Не бери в голову. Я вчера жену в роддом отвез. Она теперь там до конца лежать будет, на сохранении. Вот я и решил немного расслабиться. Тоскливо одному стало. Сегодня жену проведал, вроде бы все нормально. Могу я, в конце концов, отдохнуть?

— Хорошо же ты отдыхаешь!

— Приехал в тот бар, где ты раньше танцевала. Предался воспоминаниям. Ты на этой сцене с шестом классные штучки выделывала!

Танька нахмурилась, достала косметичку и вышла в туалет. Мы остались вдвоем.

— Я вижу, дела у тебя идут неплохо, — сказал Глеб.

— У меня пока нет никаких дел. Я вышла совсем недавно. Я еще не могу привыкнуть к этой жизни.

— Ты вернешься на работу и будешь здесь танцевать?

Не знаю. Один человек хочет купить этот бар для меня. Он хочет, чтобы я была в нем хозяйкой. Я боюсь, что у меня ничего не получится. Если я хорошо танцую, то это еще не значит, что я смогу хорошо управлять баром.

— У тебя все получится, ты сильная. У тебя появился богатый любовник?

— Это не любовник. Скорее, покровитель. Отец моей подруги.

— Он положил на тебя глаз?

— Нет. Просто там, в колонии, я спасла жизнь его дочери.

— Знаешь, я часто думаю о тебе. Вспоминаю обшарпанную гостиницу. Твою телогрейку и войлочные сапоги, твой потрясающий танец, который довел меня до оргазма…

— Как идет твоя семейная жизнь?

— Нормально. Жду рождения дочери.

— Да уж, ждать тебе не скучно, — ухмыльнулась я и посмотрела на девицу, скучавшую в дальнем углу.

— Это моя старая подружка. У нее есть прекрасное качество. Она всегда свободна. Сколько ей ни звони, она всегда свободна. Ее не надо уговаривать, перед ней не надо оправдываться. Для меня она всегда свободна, в какое бы время я ей ни звонил.

— Вот видишь, у тебя действительно все хорошо. Я очень рада за тебя.

Мы замолчали, глядя друг другу в глаза. Глеб натянуто улыбнулся.

— Дашуль, а хочешь, я тебя на своем лимузине покатаю? Ты уже, наверное, забыла, как это здорово. Погоняем по ночной Москве, попьем виски из бара.

— А как же девушка, с которой ты пришел?

— А я ее отправлю ко всем чертям. Она не обидится.

— Я в этом не сомневаюсь.

— В чем?

— Когда-то ты ко всем чертям отправил меня.

— Ладно, Дашуль, чего прошлое вспоминать. Забылось все. Главное, что ты мне сейчас нужна, а все остальное ерунда.

— Не могу, Глеб.

— Почему?

— Потому что я не вещь, которой можно попользоваться, а потом выкинуть подальше или послать ее ко всем чертям.

— Перестань, Дашка! Поехали ко мне, станцуешь. Я так люблю смотреть, как ты танцуешь. Ведь я даже в колонию к тебе для этого прикатил.

— Я больше не танцую, Глеб. По крайней мере, для тебя.

Дашуль, я сейчас твой. У меня жена в роддоме лежит. Она сейчас такая брюхатая стала.